– Твои плавники красивее моих, разве они не нравятся тебе? – Рилинда наконец посмотрела на грубоватую Оналэй, подмечая различия: её хвост был больше, плавники и водорослевые волосы длиннее и ярче, чем у сжимавшей копьё женщины.

– Отведём её к Нлаа, – хмуро глянув в ответ на Рилинду, бросила Оналэй и пошлёпала к выходу из пузыря.

Женщины свернули за перламутровую раковину, служившую дверью в комнату. Скребущий звук отодвигаемых жаберных дуг высотой с Рилинду заставил девушку содрогнуться от мысли, что где-то здесь обитает чудище, способное поглотить целиком обратившегося драккана. Вначале она даже замерла зажмурившись, но затем заставила себя вдохнуть глубже и расслабиться. Если эти существа заметят её страх, они могут оскорбиться или счесть Рилинду недостойной своего расположения.

Она проследовала за своими сопровождающими вглубь узкого тоннеля, прогрызенного очередным неведомым монстром – на лавовом камне остались отметины от зубов. Рилинда во все глаза смотрела на чёрный вулканический камень, украшения из которого стоили дороже тренированных дрейков – полированный камушек размером с ноготь, сплавленный с золотом, составлял когда-то приданое матери и был вставлен в печатку отца. А здесь, под водой, этого камня было столько, что можно было инкрустировать дворец императора, и ещё осталось бы на половину столицы.

Занятая этими мыслями, девушка не заметила, как тоннель остался позади – стражницы упёрлись в стенку пузыря и пошли вдоль неё, а затем снова свернули в другой проход. Здесь красный пористый камень перемежался с белым песчаником, а в стыках стен красовались перья из хвостов рыб. В полу, таком же шершавом и разноцветном, были утоплены перламутровые ракушки, блестящие камушки и хитиновые панцири. Рилинда не бывала в императорском дворце, но эта дорожка, переливающаяся и украшенная, почему-то показалась ей похожей на путь к трону императора.

– Нлаа ждёт, – преградившие путь стражницы с ручными тритонами и копьями осмотрели Рилинду, завёрнутую в полупрозрачные водоросли, и расступились. Створки огромной, в два человеческих роста, раковины распахнулись, и перед девушкой предстал тронный зал морских созданий.

– Ближе, – приказ возлежавшей на выстланном живыми морскими цветами ложе женщины, совершенно не похожей ни на людей, ни на стражниц, толкнувших в спину застывшую Рилинду, прозвучал мягко, но властно. – Как ты называешь себя, ланнаа?

– Рилинда… меня зовут Рилинда, – отозвалась отошедшая от потрясения девушка.

– В тебе течёт кровь Древних, ты шианаси-нкесар, – Нлаа шлёпнула длинным змеиным хвостом, скрученным в кольцо, и растянула губы в хищном оскале.

– Она не обратилась в минуту опасности, не смогла спасти себя, – возразила Оналэй грубовато, но с заметным почтением в голосе. – Какая же она после этого шианаси? Обычная ланнаа, на суше таких тысячи, и все они склонились перед элинами.

– Рилинда ещё не прошла обряд, она не рабыня, – отозвалась спутница Оналэй мягко. – Она остригла волосы и облачилась в одежду элинов.

– Это так? – обратилась к Рилинде Нлаа.

– Да, я надела мужскую одежду и мои волосы остались лежать на полу храма Отца-создателя, – весь этот разговор казался Рилинде не настоящим, наигранным и словно вынуждающим её признаться в чём-то. Она поняла, что ланнаа – это женщина, а элин – мужчина в этом подводном мире, как поняла и то, что правит здесь королева – Нлаа.

– И ты готова остаться здесь, чтобы научиться убивать мужчин? – правительница низко склонила голову к груди и пристально посмотрела на Рилинду. – Научиться не быть рабыней?

– Зачем мне убивать? – спокойно спросила девушка, призвав на помощь все свои силы, чтобы сдержаться и не убежать в страхе.

– А зачем они убивают вас? Зачем жестоко пытают и заставляют угождать себе? Это противоестественно, – в наклоне головы королевы чувствовалась угроза, а слова вырывались из пасти с клокочущим бульканьем. – Извращённые ритуалы земной тверди заставили вас стать рабами. Вас, женщин, дарителей жизни. Создательниц сущего – ланнаа – священных и неприкосновенных.

– Я не знаю ответов на ваши вопросы. Меня воспитали так, как и других. Нам не дали выбора, не сказали, что есть иной путь, – Рилинда едва держалась на ногах от испуга, её била мелкая дрожь, но она будто кожей чуяла, что нельзя сейчас показывать страх. Только не этой морской королеве. – Мы не виноваты в том, что не можем вырваться из этого круга – так было задолго до нас и так будет после.

– Ошибаешься. Так не должно быть и не будет, – Нлаа вдруг сменила позу и отняла подбородок от груди. – Элины объявили войну дракканам, отныне всё изменится.

– Но я не… я не понимаю. Ваши мужчины, элины, они… они марнийцы? – девушка судорожно сглотнула слюну и почувствовала, как на неё волнами накатывает паника. – Те самые, что живут на дне морском и наводят ужас на дракканов?

– Потоки сместились и запутались в петли. Никто не знает, какой мир придёт к закату, а какой будет создан, – королева качнула головой и её лицо превратилось в застывшую гримасу, похожую на злобную усмешку. Она облизнула кончиком языка тонкие синеватые губы и встряхнула руками, от чего плавники на плечах встали дыбом. – Ваши мужчины потеряли способность обращаться в любое существо, у них остались лишь крылья – им не покинуть мир и не подстроиться.