Ценник снова ошпарил меня своей заоблачной цифрой, но я закрыла на него глаза и влезла в приятную материю. Как только платье обернуло мой силуэт, я застыла перед зеркалом, ослеплённая своим отражением. Неужели это правда я? Стильная, с намёком на шик. Никогда бы не подумала, что одежда может сотворить такое. Даже мои растрёпанные волосы теперь выглядели так, будто над ними два часа трудился профессиональный стилист.

Экономные гены Холлбруков тут же воспротивились желанию купить алое платье. Я не могла позволить себе такую покупку, ведь я по-прежнему была безработной, бесперспективной и бестолковой.

Но, чёрт, в нём я смотрелась на миллион. Пока совесть не взъелась на меня, я переоделась в свою одежду и проскользнула к кассе. Меня встретила всё та же консультант и сговорчески улыбнулась.

– Всё-таки решили его купить?

– Не смогла удержаться. – Я достала кошелёк и протянула девушке кредитку. Сердце сжалось от мысли, что на эти деньги я могла бы ещё месяц жить в своей убогой квартире, а это платье мне даже некуда надеть.

Продавщица будто заметила мою неуверенность, протянула крафтовый пакет с эмблемой «Боттега Венета» и заверила:

– Вы не пожалеете. Это платье любого мужчину сведёт с ума.

Хотелось бы верить. Ещё больше хотелось бы, чтобы мужчин сводила с ума именно я, а не какое-то там платье. Но такова реальность. Одежда красит нас, и это платье сотворил великий художник.

Что-то подсказало мне, что это был чётко-спланированный сценарий, и меня облопошили, как глупую девчонку. Конечно, продавщица знала, что я не устою перед платьем, потому и отправила в примерочную. И я повелась. Но сердце бешено колотилось от удовольствия, что я впервые в жизни позволила себе что-то шикарное, так что сожалеть не о чем.

Поблагодарив девушку за покупку, я мысленно попрощалась с 949 долларами и поспешила сбежать из «Сакса», чтобы не наделать ещё покупок. Со своим единственным пакетиком я смотрелась жалко на фоне расфуфыренных дамочек, которые буквально тащили на себе пять, а то и восемь пакетов из «Гуччи» или «Александра Маккуинна». Но это платье сделало меня хоть немного похожей на них.

Видела бы меня сейчас Руби, она бы выпала в осадок. Мне захотелось рассказать хоть кому-нибудь о своей безрассудной покупке, но мама отпадала. Ещё не хватало потратить следующие полчаса на выслушивание упрёков о расточительности. Хлоя сразу всё расскажет маме – она не умеет держать язык за зубами. Поэтому я набрала Руби по видеосвязи и расплылась в топлёной улыбке, когда увидела её лицо.

– Руби! Ты не поверишь, что только что произошло!

– Холли, у меня сейчас урок. Что-то срочное?

А я и забыла, что с начала лета во всю идёт подготовка к учебному году, и преданная своему учительскому делу Руби занята с дошкольниками. Но платье от «Боттега Венета» за 949 долларов было делом чрезвычайной важности.

– Так что стряслось? – Видно, Руби вышла в коридор и заговорила шёпотом.

Я покрутила фирменным пакетом перед экраном и с наслаждением увидела, как выпучиваются глаза Руби. Прямо, как у ящерицы.

– Не может быть! Это то, о чём я думаю?

– Если ты думаешь, что там лежит алое платье от «Боттега Венета» почти за тысячу баксов, то да.

– Господи, Боже мой! Ты с ума сошла?

Окончательно и бесповоротно.

– Ты ведь даже работу не нашла!

– Я работаю над этим. Ты просто не видела меня в этом платье, ты бы сразу всё поняла!

– Блин, я тебе так завидую! – Карие глаза Руби блеснули грустью. – Ты вовсю отдыхаешь в Сан-Франциско, а я ни на секунду не могу оставить этих детей. Ты только посмотри, только вышла из кабинета, они уже на ушах стоят.

Я пропустила мимо ушей заявление о том, что я здесь «вовсю отдыхаю», и сказала:

– Так приезжай ко мне! Будем спать на одной кровати, как в детстве. Я заведу тебя в «Сакс» и ты спустишь там всю свою учительскую зарплату.

– Звучит заманчиво, но в этом месяце я никак не смогу вырваться.

Даже пакет из «Боттега Венета» не смог её заманить. Я так надеялась, что подруга выберется ко мне хотя бы на выходные, но это был её второй год на новом поприще, и я просто не могла просить бросить всё на произвол судьбы и примчаться ко мне только потому, что я изнываю от одиночества.

– Прости, Холлс, но мне нужно бежать. Уверена, ты скоро найдёшь работу. А пока наделай мне там кучу фоток, чтобы я умерла от зависти.

– Идёт. Я люблю тебя, Рубс.

Но подруга уже отвлеклась, крича на какого-то ученика, и отключилась. Вокруг кружили группки жителей Сан-Франциско, но я вдруг почувствовала себя оторванной от мира и этой бурлящей жизни.

Остаток дня я потратила на осмотр достопримечательностей и заполонила память телефона красочными фотографиями Лобмард-стрит, парка и моста Голден-Гейт, группкой домов викторианской эпохи, которые носили забавное название «Разукрашенные леди». Они походили на домики эльфов из доброй сказки. Сразу же захотелось присесть на одной из веранд и понаблюдать за городом по ту сторону перил.