И вот мы встретились на дне рождения общей знакомой. Он пришел туда со своими друзьями, а я с Идой. Я, как и всегда, сразу же его заметила, только на этот раз все изменилось. Он заметил меня. Наши взгляды пересеклись практически сразу, как только я зашла в клуб. Он перестал на меня смотреть только тогда, когда его отвлекли. Я же… я почувствовала себя как-то по-особенному. В груди разлилось приятное тепло, по венам потекла не кровь, а горячая лава.

Я чувствовала его внимание. Видела, что он бросает заинтересованные взгляды в мою сторону. Понимала, что это мой шанс. Нас, конечно, представили друг другу, и я ждала, когда он сделает первый шаг. Ждала, когда он подойдет. Ему оставалось ко мне каких-то несколько шагов. Один, два, три, вот-вот он должен был подойти и… вместо него передо мной нарисовалась спина Костика. Он преградил путь моей мечте и заявил хмуро «Не положено!».

Я проревела полночи, расстроилась очень сильно, но отец ни в какую не согласился убрать Костика. И общаться с «сомнительными личностями» тоже не разрешил.

И вот я здесь. В компании совершенно незнакомого мужчины. Безумно привлекательного, зрелого и серьезного. Я все пытаюсь найти объяснение своему поступку и ничего толкового, кроме того, что меня просто тянет к Тару, в голову не приходит.

От стука в дверь я резко подпрыгиваю на кровати. Тарас выходил из дома. Я не знаю, где он был, но он вышел практически сразу. Принял душ и, оглушающе хлопнув дверью, вышел на улицу. Получается, он вернулся? И теперь хочет поговорить со мной? Не успев придумать ничего лучше тут же падаю на подушку. Решаю притвориться спящей, но как только дверь приоткрывается, отбрасываю эту идею. Как-то это по-детски.

— Думаю, нам стоит поговорить.

Тар щелкает выключателем и заходит в комнату. Я жмусь к спинке кровати и натягиваю одеяло до самого подбородка. Мне немного неловко, потому что до этого момента я никогда прежде не разговаривала с мужчинами об отношениях. Мы ведь будем говорить о произошедшем?

Тарас садится на край кровати лицом ко мне. Я в этот момент готова провалиться сквозь землю. Чувствую себя ужасно, потому что не понимаю, как он ко мне относится. Сожалеет, что мы едва не поцеловались?

— Завтра выезжаем ранним утром, — сообщает Тарас. — Часов в пять. Я попробую помочь тебе.

Его слова настолько расходятся с тем, что я ожидала услышать, что несколько мгновений я просто глупо моргаю, а затем, как китайский болванчик, активно киваю.

— Я так понимаю, кто-то в курсе, что ты планировала побег?

— Да, подруга.

— Будет лучше, если ты не станешь предпринимать попыток связаться с ней.

— Хорошо.

— И, пожалуйста, подумай над тем, что ты еще можешь мне рассказать.

— О чем?

— Обо всем. О ваших отношениях, о том, почему ты приняла решение сбежать и как отреагирует Тагаев по твоему мнению.

— Сейчас? — выдыхаю, осознавая, что вовсе не готова сочинять все это на ходу.

Единственное, что я знаю, папа будет в ярости. Соберет всех своих охранников и прикажет искать меня. Это будет приоритетной задачей для всех, в том числе и работающих на него программистов. Именно поэтому на мне ни единого украшения. Ничего, через что меня можно отследить. Вся одежда купленная.

— Можешь подумать, если не можешь собраться с мыслями.

— Хорошо. Я точно знаю, что Тимур будет недоволен.

— Только недоволен? — с усмешкой замечает Тар.

— Зол, он точно будет зол.

Я сглатываю и закусываю губу. Мне очень хочется рассказать Тарасу правду. Признаться, что никакая я на самом деле не любовница, а дочь Тимура Тагаева. Но я не могу ему довериться. Любовница не так важна, как дочь, которую он оберегает, как зеницу ока. Многие его партнеры даже не знают, что я существую. Не знаю, как отцу удается это скрывать, но я помню, как удивился мужчина, который назвался лучшим другом папы. Он был обескуражен и шокирован. О старшем брате Демьяне знали все, а обо мне так… единицы.

Я вела скрытую жизнь, со мной постоянно ездил Костик, и я никогда, ни один раз не участвовала во всяких приемах и встречах, куда родители постоянно ходили. У меня даже фамилия была маминой девичьей — Рахманина.

— Пока у меня стойкое чувство, что ты многое недоговариваешь, — признается Тар.

Он проницателен и рано или поздно узнает, кто я на самом деле. Только лучше это будет поздно, чем сейчас. Тогда… тогда у меня может быть шанс уговорить его не возвращать меня отцу.

— Предлагаю поужинать, — переводит тему.

Я растерянно киваю. На кухне, стоит бросить взгляд на стол, где не так давно я сидела, меня бросает в жар. Щеки определенно заливаются румянцем, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Все потому что я вспоминаю, как Тарас меня трогал. Как его горячие ладони скользили по моему телу, а взгляд… господи, как он на меня смотрел.

Отмираю от резкого щелчка. Это чайник вскипел и отключился. Сглотнув, подхожу к плите и насыпаю уже разогретое рагу в тарелки. Себе совсем немного, потому что аппетита по-прежнему нет. Когда занимать руки больше нечем приходится сесть за стол и взяться за вилку. Мне неловко, хотя Тарас совершенно непринужденно поглощает рагу и не скупится на комплименты. Ведет себя так, словно между нами ничего не произошло, словно это не его член вдавливался мне в промежность.