Так, чтобы я хоть раз насладилась путешествием, еще ни разу не было. Нет, конечно, мне тоже нравился пляжный отдых, еда в отеле и услужливый персонал. Под вкусными коктейлями отдых становился не таким скучным, но ничего не менялось и там. Если мне выпадала удача с кем-нибудь познакомиться, Костик всегда оказывался рядом и играл роль моего не очень доброго старшего брата. На отца, несмотря на габариты, он не тянул.

— Дней десять с периодическими остановками.

— И где? У меня, если что, есть деньги. Сможем забронировать номер в хорошем отеле.

— В хороших отелях обычно требуют паспорта при заселении, — замечает Тарас, и я сникаю.

Вдруг понимаю, что если бы не он — отец бы уже нашел меня. Я совершенно не умею скрываться и заметать за собой следы. Все те детективные сериалы, просмотренные мной, не идут ни в какое сравнение с реальной жизнью. Она куда сложнее и заковыристее, чем может показаться.

— По пути будет еще одна деревня. Придется слегка отклониться от курса, но там мы сможем отдохнуть и отоспаться несколько дней. И там ты сможешь дождаться моего возвращения с разгрузки.

— А это долго? В смысле, тебя долго не будет?

— Дня три, может четыре. Как получится.

Почему-то мне страшно представить, что я останусь одна. В совершенно незнакомой мне деревне. Это при том, что именно так изначально и планировалось. Я должна была найти небольшую деревушку, снять там домик и пожить какое-то время. Пока… пока все не утихнет. Пока отец не перестанет искать меня, хотя сейчас я уверена в том, что он никогда не перестанет этого делать.

— А потом? В смысле…

— Потом будем видеть по ходу дела. Если Тагаев не будет искать тебя — сможешь жить спокойно дальше.

— А если… если будет?

— Придумаем, как надавить на него, чтобы перестал. Подбросим ему проблем в бизнесе, чтобы отвлечь.

Во рту почти мгновенно пересыхает. Ничто. Ничто не сможет отвлечь отца от моих поисков. Ни проблемы с бизнесом, ни даже тюрьма. Только вот… Тарас понятия не имеет, что я — дочь Тагаева, а не любовница.

— Пока рано об этом думать. Посмотрим позже, — добавляет Тар.

— У тебя кто-то есть?

— Неожиданно…

Тарас едва слышно смеется. Его гортанный смех выбивает меня из колеи. Кожа неожиданно покрывается мурашками, а во рту скапливается слюна, которую я тут же сглатываю.

— Простой вопрос.

— Я развожусь с женой.

— В смысле совсем или… еще не решил.

— В смысле заявление подано, судебный процесс идет, кольцо снято.

— Вот как… и почему?

— Почему люди разводятся? — я не могу видеть, но мне почему-то кажется, что он пожимает плечами. — Мы просто разлюбили друг друга.

— Одновременно?

— Я разлюбил, — как-то невесело сообщает он. — Не уверен, что меня любили в принципе.

— Вот как…

Я не удивлена, потому что уверена, что мои родители давно не любят друг друга. Я помню их отношения другими. Помню, как мама улыбалась, когда я была маленькой. Помню, как светилось счастьем ее лицо, когда они собирались в путешествие. В какой-то момент все изменилось. Резко. Я все чаще стала видеть маму плачущей, а отец все реже стал приходить домой. В силу возраста я не понимала, что происходит, но конечно же переживала. Тогда я думала, что родители разведутся, а сейчас понимаю, что они никогда бы этого не сделали. Работа отца не предполагала развод.

— И что теперь? — спрашиваю с воодушевлением. — В смысле, у тебя кто-то есть?

— Нет.

— Одинокий разведенный мужчина, — выдыхаю в темноту.

— С огнем играешь, — его дыхание неожиданно щекочет мои губы.

Я облизываюсь и почему-то тянусь вперед. Ближе к мужчине, запах которого сводит меня с ума.

Я не сильна в умении скрывать свои чувства. Даже Ида говорит, что у меня все всегда написано на лице. Сейчас мы оба находимся в полутьме. Тар наверняка не видит моего лица, что только подстегивает меня к дальнейшим действиям. Я тянусь к нему. Ближе, еще ближе. Уже не из-за выпитого вина.

Меня захлестывает волнением. Второй раз за всю свою жизнь и за сегодняшний день я нахожусь так близко к мужчине. Щеки наверняка горят от волнения, во рту пересыхает, но я упрямо продолжаю. Сейчас, когда я нахожусь далеко от контроля отца и Костика, мне хочется пойти в отрыв. Хочется почувствовать, каково это — быть той, кто может ответить на внимание мужчины. Сейчас меня некому останавливать.

Кроме самого Тараса.

Я вовсе не уверена, что он сейчас чувствует все то же самое, что у него так же, как и у меня, горит все тело. Что вместо крови у него по венам течет раскаленная магма. И что он тоже думает о поцелуе. Скорее всего, нет. Он просто лежит, не понимая, почему вдруг я решила к нему прикоснуться. Почему моя рука вдруг приходит в движение и ласкает его предплечье. Я делаю это намеренно. Почти невесомо провожу ладонью по изгибу локтя, исследую надутые мышцы его рук.