Наконец время пришло, хотя никакого времени тут нет. Взял пистолет, упёр ствол под подбородок и нажал на спуск, хотя никакой смерти нет тоже.

Глава 28. Аспид

I don’t see how he can ever finish, if he doesn’t begin.Lewis Caroll. Alice in Wonderland

_________________________

– Охтимнечки мне, сколько же вас собралося? – удивилась Фигля. – Это что, экскурсия?

– Проблема? – спросила Лайса.

Она всё-таки притащила Ивана, который мрачно переминался с ноги на ногу и старался ни на кого не смотреть.

– Дойти-то не проблема, – ответила Фигля, – проблема вернуться. Но это не моя проблема. Я с вами только туда.

– А дальше что? – поинтересовался я. – Там останешься?

– Никто не вернётся таким, как ушёл. А может, и вовсе никто не вернётся.

– Мы знаем, – твёрдо сказала Джиу.

– Это моя работа, – отмахнулась Лайса.

– Я с Аспидом, – заявила Клюся. – Выведу его назад, раз эта шлындра болотная не хочет.

И только Иван промолчал, отводя глаза.

– Ну что, все готовы? – спросила Фигля. – Если кому чего, так время до полуночи есть.

– Эй, можно войти? – раздалось от входа.

– Микульчик? – удивился я. – Тебе-то что запонадобилось на ночь глядя?

– Мне, собственно, ничего, но вот эти две дамы очень настаивали. Были готовы голышом по городу бежать, пришлось доставить.

Рядом с доктором щуплая симпатичная азиатка неопределённого возраста и некрасивая полная женщина средних лет с лицом вполне отечественным. Одетые в больничное, но очень решительные.

– Вот, восстали из капсул обе две, – сообщил Микульчик. – И сразу сюда намылились. Я бы их подержал на реабилитации денька три, но они очень торопятся.

– Мама? – спросила Джиу. – Всё получилось?

– Маманя? – спросил Степан. – Ты как в целом?

– Порусирось, доська, – кивнула азиатка.

– Говённо я, Стёпка, – вздохнула вторая и странно посмотрела на меня. – Но мы справились.

Мальчик неспешно подошёл к матери, и они крепко обнялись. Семейное сходство заметно, но мальчикам проще.

***

– Погоди, сынуля, – некрасивая женщина, отстранив сына, подошла ко мне. – Кэп, ты прости, блин. Я не думала, что будет вот так.

– Мы знакомы? – удивился я. – Хотя… Кэпом меня звали в интернате. Лет прошло много, но… Кажется, Наташа? Ната… Как там бишь…

– Ната-барагоз, – смущённо призналась женщина. – Ух, я и не думала, что вспомнишь.

– Вы… То есть ты, из младшей группы была, да?

– Да, верно. А того, что было в этом, ну… Не помнишь?

– Натаса, я зе говорира. Это быр не совсем он, – укоризненно сказала азиатка.

– Ну, должна же я была проверить… Извини, Кэп, всё нормально. Точнее, странно. То есть, странно, но нормально, что странно. Не бери в голову.

– Очень хорошо понимаю, – вежливо согласился я.

– Привет, Нат, – подошла к ним чёрная девица.

– Абуто? Или как там тебя теперь.

– Отуба.

– Ах, ну да, разумеется, извини.

– Было плохо?

– Быро осень прохо, но мы справирись, – сказала азиатка. – Завидую тому, сто ты не помнис. Ты с нами или с ними?

– С вами. Степан с мамой вдвоём справятся.

– Даже не сомневайся, девчуля! – усмехнулась Наташа.

Надо же, Ната-барагоз! Тесен мир. Кажется, она в меня влюблена была в интернате. Это капельку грело, я не избалован любовью. Но делал вид, что не замечаю, конечно. Там нельзя было показать, что тебе кто-то небезразличен. Впрочем, нигде нельзя.

– Так вы идёте? Луна ждать не будет… – недовольно высказалась Фигля.

– Идём, – решительно сказала Джиу.

– Свет не зажигать, помните? – Фигля достала из наплечной сумки блёндочку.

Мою блёндочку!

– Так вот кто её тогда подрезал!

– Извини, Аспид, тебе она не за надом была. А мне в самый раз пришлась. Да и об азовке память.

– За этой шлындрой глаз да глаз! – пихнула меня в бок Клюся.

***

За подвальной дверью «Макара» сыро. Под ногами лужи, воздух влажный, с потолка капает. Нарастающий шум насосов превратился в тяжёлый низкий гул, когда мы проходили мимо толстенных стальных труб.

– Они так и молотят всё время? – спросил я у Лайсы.