Вместе с Джиу в окно залезли два подростка. Коренастый, с широким, курносым простецким лицом парень и чернокожее худое нечто в дредах. На вид все ровесники – лет по шестнадцать-семнадцать, но вид имеют чрезвычайно деловой. Одеты казуально, хоть в поход, хоть на тусовку. Но сейчас многие так одеваются – скин-толк сильно снизил значимость одежды. Все, кроме Джиу, покрыты вязью динамического узора орнаментов и картинок. Кстати, впервые вижу скин-толк на негритянской коже – серым по чёрному, для моего чёрно-белого зрения.

– Здравствуйте, Антон Спиридонович, меня зовут Степан, – вежливо представился парень.

– Отуба, – коротко назвался подросток, пол которого я сходу не определил, окинув меня острым и почему-то неприязненным взглядом.

– Рад знакомству.

Они только фыркнули, как недовольные ёжики. Подростков принципиально фрустририрует необходимость обратиться за помощью к взрослому. Но иногда приходится.

– Вы можете пожить у нас, но я обязан спросить – где ваши родители?

– В аду, – ответила очень серьёзно Джиу.

Глава 21. Кэп

If you don’t know where you are going,any road will take you there.Lewis Caroll. Alice in Wonderland

___________________________________________

Таскать туда-сюда контейнеры три раза в день – та ещё история. Без нас никто не хочет покидать этаж, будут лучше грызть замороженное пюре. Но при этом смотрят как на врагов народа. Поставили бы к стенке, но пистолет один, и он у меня. А если бы нет? Линчевали бы?

Да запросто. Последствия в таких случаях никого не волнуют, коллектив всегда туп и беспощаден, воспроизводя самые древние из мер социальной защиты. Накинуться толпой и растерзать того, кто не такой, потому что он, возможно, опасен.

– Стасик, меня достало. Я вам не дед Мазай. Нет ничего сложного в том, чтобы пройти несколько пролётов лестницы.

– Кэп, нельзя жить в обществе и быть свободным от него! – скорчил пафосную рожу любитель дешёвых цитат.

– Переселяйтесь туда насовсем, – встряла Натаха. – Тут всё равно воды нет. Ни помыться, ни посрать. Говном уже весь этаж пропах, во всех унитазах нагажено всклень.

– Но… – растерялся Стасик. – А как же…

– А что тут ловить-то? – удивился я. – Кровати ваши? Тумбочки? Всё это есть и там. А чего нет – притащим. Один хрен делать нечего, чего б не размяться?

– Кэп-сама деро говорит!

Стасик мнётся и отводит глаза. Потом решается.

– Я покажу.

В своей комнате он, кряхтя, отодвинул шкаф от стены. Смотрит укоризненно, но я не собираюсь ему помогать. Мало ли что он задумал.

В стене выбрана неровная ниша глубиной в два кирпича.

– Вот ты сраный граф Монте-Кристо!

Стасик выдалбливал острой железкой раствор и вынимал кирпич за кирпичом. Достиг немногого, но даже такой результат внушает уважение. И не побоялся же маникюр испортить!

Тут же лежит инструмент – обмотанный изолентой обломок ножовочного полотна.

– Ах ты воришка! – возмутилась Натаха.

– Это общественная необходимость!

– Попытка выкопать себе нору не тянет на общественное деяние, – возразил я.

– Это не нора, а выход!

– Тупо, – презрительно сказала Сэкиль.

– Погоди, Сека. А правда, что будет, если сломать стену?

Все задумались.

– Мы выйдем отсюда! Выйдем на свободу! – убеждённо заявил Стасик.

– Заткнись… – оборвала его Натаха. – Какую, в задницу, свободу… Ты правда думаешь, что всё так просто?

Я пытаюсь мысленно визуализировать план этажа. Выходит, что действительно эта стена относительно него наружная. Если предполагать, что какая-то «наружа» вообще существует.

– Вот проковырял ты, допустим, дырку. А дальше что? Прыгать с парашютом из трусов?

– А с чего ты взял, что этаж высоко?

Все снова задумались. То, что по лестнице можно спуститься так же, как и подняться, ни о чём, по большому счету, не говорит. Потому что если спускаться достаточно долго, то спустишься обратно на свой этаж, как по лестнице Эшера. Тут вообще всё такое… Эшерское.

– Я бы проковыряра и грянура. Одним гразком, – вздохнула Сэкиль. – Интересно зе…

У запасливой Натахи нашлось ещё несколько железяк, и мы вгрызлись в стену, как шахтёры-стахановцы. Скоблим, долбим, ковыряем раствор. Расшатываем и выколачиваем кирпич. Если не идёт – забиваем в щель деревянный клин и поливаем водой. Пока долбим другой, разбухшая древесина отламывает этот. Продуктивность метода не высока, но какой толщины вообще может быть эта стена? Три кирпича? Четыре?