Мальчишки выпрямились в полный рост, оглядывая поляну, на которой еще пару минут назад золотистое животное мирно щипало траву.

– Да вон она. – Приставив мокрую ладонь козырьком ко лбу, Сеня рассмотрел в кустарнике знакомый силуэт.

Лошадь медленно вышла к подросткам, неся в зубах матерчатый узелок.

– Смотрите, она что-то нашла! – воскликнул Ярослав.

Отжав носки, он положил их в рюкзак и, ступая босыми ногами по гладким камням, взобрался наверх. Даша развязала узелок, в котором оказался каравай серого хлеба.

– Золотая спасительница! – Ярик удивленно смотрел на лошадь.

Разделив каравай, поели с удовольствием, запивая водой из реки.

– Надо оставить. – Ярослав бережно завернул в тряпицу куски хлеба. – Неизвестно, когда еще раздобудем еды.

– Посмотрим, вдруг здесь ловит. – Арсений включил мобильный телефон.

Тени, укорачиваясь, подползали к корням деревьев. Сеня все не оставлял попыток поймать сеть, Ярослав боксировал, нанося короткие удары по воздуху, Даша собирала ягоды. Вдруг лошадь забила копытом и громко заржала.

– Что, золотая, ехать надо? – спросил, вытирая мокрый лоб, Ярослав.

– А давайте так ее и назовем! – улыбаясь, предложила Даша.

Лошадь снова ударила копытом о землю.

– Явно торопит. – Ярик завязал узелок, положил его в рюкзак и сел верхом на лошадь. – Интересно, где она взяла хлеб?

– Украла в магазине. – Арсений рассмеялся, подсаживая подругу.

– Нет, просто она волшебная! – Улыбаясь, Даша обняла одной рукой Ярослава и помогла Сене взобраться. – Волшебные существа все знают.

Золотая осторожно перешла реку, выбирая неглубокие места, и направилась к лесу.

И снова друзья куда-то ехали. Солнце клонилось к горизонту, оттуда ползли тяжелые тучи. Погода довольно быстро испортилась. Ветерок набирал силу, гнал тучи вперед, сталкивал меж собой, и они недовольно урчали, поблескивая молниями. Редко и настороженно пересвистывались птицы, пугающе шумела листва, тени, разрастаясь, отступали от деревьев и принимали в сумерках очертания черных людей в балахонах.

Вдруг лошадь остановилась и встревоженно фыркая, замотала головой.

– Что там? – спросил, хмуря брови, Арсений. Мокрая и грязная бандана сползла ему на шею, придав мальчику карикатурный вид.

– Плохо видно, – вглядываясь, сказал Ярослав.

Это было дикое на вид место. Над затянутой тиной водой облачком поднимался серебристый туман. Деревья здесь были редкими, кривыми, уродливыми. Местами, на кочках, росла высокая трава. Шлеп – в воду плюхнулась лягушка.

– Мне страшно! – прошептала Даша. – И ветра, заметьте, здесь совсем нет!

Золотая тихонько заржала и ступила на кочку.

– Ребята! Это, к-кажется, болото, – проговорил дрогнувшим голосом Ярослав. – Держитесь крепче.

Лошадь медленно, каким-то одним известным ей способом выбирая кочки, шла по болоту.

– А может, впереди нечисть живет? – стараясь казаться веселой, сказала Дарья и уткнулась в спину друга.

– Даш, прекрати выдумывать, вот сейчас совсем не в тему! – разозлился Арсений. – Нам по пять лет? Еще скажи, там Баба-яга Костяная Нога живет.

– Ладно-ладно, я пошутить хотела.

– Давай в другой раз, – смягчаясь, сказал Арсений, – и про Кощея Бессмертного, и про водяного расскажешь. А мы с Яриком сделаем страшно умные лица и будем верить каждому твоему слову.

– Ты думаешь, я в сказки верю? – как-то неуверенно спросила Даша.

– Думаю, да. Ты еще в третьем классе нам про них рассказывала. Помнишь, Ярик?

Но Ярик молчал, напряженно вглядываясь в темноту.

– Так, то в третьем классе! Я ребенком была и верила в сказочных существ.

– Вы оба не могли бы заткнуться? – напряженным голосом произнес Ярослав.

Передняя нога лошади соскользнула с кочки и провалилась по колено в зыбкую, пахнущую тиной, воду. От страха дети закричали и плотнее прижались друг к другу. Лошадь резким движением выдернула ногу и осторожно пошла дальше. Лес медленно надвигался на них черной массой.

Друзья давно потеряли счет времени. Лошадь шла и шла по зыбким кочкам, под ее ногами хлюпала вода, где-то там, в темноте, стрекотали сверчки, шлепали лягушки и жабы, а позади, в вершинах деревьев, завывал ветер. Наконец Золотая ступила на твердую почву и опустилась на колени, дав седокам сойти.

Сеня натужно рассмеялся. Лицо Даши, на котором, как совиный клюв, торчал острый нос, от волнения покраснело. Ярослав, почувствовав под ногами твердую почву, вдруг понял, что никогда еще не был так счастлив. Обувая кроссовки, он сел на корточки и, дотронувшись ладонью до травы, прошептал: «Спасибо, матушка-земля!»