– Боезапас, – прервал меня Солдатик. – «Колыбели», израсходовав ленту, долго перезаряжаются, а эти тупицы стреляют одновременно.

– Значит, надо дождаться момента перезарядки, – быстро смекнул я.

– У... у меня есть две взрывалки, – подал голос раненый Котелок, приподнимая связки динамита.

Да, зарядами проще подорвать сами башни, чем целиться в окна, из которых торчат лишь дула.

– Но как подгадать момент? – взяла Лю инструменты смерти.

– Пусть у них будет самая большая цель, – кивнул Рыцарь, и его забрало поднялось. – Я выдержу.

– Уверен? – хмуро смотрю на великана.

– Как сказал Шут: «А могут ли куклы пойти за волком против бога?».

– Ха, он бы заявил что-то более пошлое, – размял я руку.

– Смысл вы уловили, сэр волк. – Дернув рукой, Рыцарь звучно опустил забрало. – И, как говорит мною уважаемый воин, – я почувствовал улыбку на его несуществующем лице, – «Погнали»!

– Держаться за Рыцарем, затем подойдем вплотную. Думаю, после команды к нам присоединятся еще несколько сорви-голов. – Мой берсерк вспыхнул.

Одну из связок динамита Лю кинула Солдатику, и тот, спрятав два клинка, поймал ее, вынув из подсумка зажигалку.

– Веди, здоровяк!

– А-а-а-а! – с боевым кличем Рыцарь выбежал на середину дороги, наклонив палаш, чтобы защитить шлем, и, только мы встали позади него… – Ха-а-а-а-а! – …как шквал мелькающих сгустков начал бить о металл, отскакивая рикошетом или падая на каменную кладку.

Рыцарь кряхтел, дергался от попаданий, но стоял как статуя, терпя магическую боль. В облаках искр его кусочки разлетались по округе. Одна из пуль, проскочив мимо палаша, попала прямо в забрало!

– Великан? – крикнул я.

– Стою! Не сдвинусь! – лишь притопнул он.

На балконе очередного домишки появился волшебник света, заряжая руки для мортирного выстрела. Черт!

Нова, просочившись дымкой, успела выпустить эфирную стрелу ему в грудь, и сгусток света из вскинутых рук взорвал крышу, подкосив сам дом.

– Еще немного, держись! – подбадривала Рыцаря Любовница.

– А-а-а-а-а! – снова топнул здоровяк, зная, что за ним его товарищи по оружию, его друзья – и нерушимая клятва верности. – Я... – слегка согнулся металлический защитник под гнетом пуль, но тут же выпрямился. – Я десница королевы! Нерушимый щит!

Воля, гордость, сила! Держись, держись, Рыцарь!

Еще несколько мгновений, и... Шквал прекратился.

– Вперед-вперед-вперед! – быстро произнес я, обегая склонившего колено бугая. Проскользив по земле, понесся к одной из башен. – Подорвать пулеметы! – распространил мысль на всю округу.

Солдатик и Лю, также сократив дистанцию, на ходу подожгли фитили и метнули шашки к самому основанию, где красовались деревянные подпорки. Моя последняя команда действительно достигла нескольких Котелков, и те, боясь приблизиться, все же метнули еще две штуки зажженных “взрывалок” в сторону башен.

"Не долетят!"

Вижу! Одновременно с призрачной мы схватили по дополнительному заряду от союзников, еще бросок! Я попал точно в цель! А вот Нова, чтобы не рисковать, сконцентрировалась на динамите и сама побежала к башне.

– Всегда хотела так сделать! – успела произнести она, прыгнув в саму башню, и в тот же момент, не успев прикоснуться к стене, словно камикадзе утонула во взрыве.

Земля сотряслась!

Я был слишком близко к эпицентру, но Солдатик прикрыл меня, а Лю прыгнула в закоулок. Когда все шашки сдетонировали, еще не успели осесть дым и клубы пыли, как одна башня начала валиться набок, а нутро второй проваливаться вовнутрь. Послышались победные возгласы наших воинов.

– Не расслабляться, продолжайте напирать! – стряхнул я с себя слой песка. – Солдатик?

– Жить буду... – вытащил он из плеча кусок дерева.

Нова?

Спросил я это про себя, не видя призрачной.

"Ух, все в порядке, хотя по-своему было неприятно".

– Кха-кха! – прокашлялась Лю.

Поток кукол вновь хлынул по основной дороге. Квартал за кварталом, дом за домом мы продвигались вперед. Улицы заполнились разорванными на части телами, вспышками боевых заклятий, звуком скрещенных клинков. Но последняя стена, отгораживающая нас от лестницы к храму бога, становилась все ближе. Юркнув в очередной переулок, я нашел целую группу Стандаловцев, что пытались залатать раны.

Прыжок! Когти располосовали голову и часть тела в придачу, я сразу схватил второго и кинул в стоящего поодаль, сломав обоих пополам. Шальная пуля ранила мне грудь!

– Ра-а-а! – кулаком припечатал я голову стрелка к стене, оставив на камне трещины и кукольные ошметки вместо мозгов.

Выдохнув, облокотился на стену, дыша через рот, словно собака. Пот застилал здоровый глаз, раны, шипя, источали пар. Я дал себе несколько секунд передышки, чтобы волчья кровь, раскалившись до предела, не затмила мой разум.