— Насчет парней, — переводит тему Эванс, давая шанс собраться и не вести себя снова глупо. — Шем — добряк, с ним не будет проблем, он веселый по натуре. Райт — молчун, любит подкалывать людей, но не злопамятный. Оззи, — тут Син делает паузу и пожимает плечами, — что ж, он своеобразный малый. Шуточки, правда, у него все с черным юмором. И он пошлый, очень пошлый. Но все парни нормальные, так что не переживай. К тому же, я с тобой.

Из-за последней фразы щеки пылают, как маки, а дыхание сбивается.

— Мы на месте, — произносит обыденным тоном Син, когда машина тормозит возле знакомого бара. — Готова?

Киваю, но внутри разрывает на части от страха. Эванс ободряюще улыбается и выходит из машины.

— Поверь в себя, Джи. Я в тебя верю.

Зачем он это говорит? Я только больше переживаю и нервничаю. Мы проходим через черный вход и попадаем в полутемное помещение, где слышится разговор.

— Здоров, — повышает голос Син, подходя ближе.

— Привет, чувак, — машет Шем и заглядывает ему за плечо, удивленно встречаясь со мной глазами.

— Сегодня прослушивание отменяется, — Эванс останавливается рядом с друзьями и кивает на меня. — Я уже нашел вокалистку. Это Джи Браун.

Вся уверенность вмиг оставляет один на один, когда три пары глаз удивленно впиваются в мое пылающее от стыда и страха лицо.

Син

— Чувак, можно тебя на пару слов? — неуверенно спрашивает Оззи и обращается к Джи, мило улыбаясь: — Пять минут, ладно?

— Д-да, — еле слышно отвечает девушка, немея от ужаса. Чувствую, как она готова уже сдаться, и твердо произношу:

— Джи, все нормально, — серьезно смотрю в ее бирюзовые перепуганные глаза и подхожу к парням, которые о чем-то тихо спорят.

— Слушай, это прикол такой, или я что-то не догнал? — Оззи чешет правую бровь с пирсингом и с сомнением поглядывает на рыжую.

— Нет, Оз, Джи — наша новая вокалистка, — жестко отвечаю и опираюсь о деревянный стол.

— Ты *бнутый, — выдыхает скептически красноволосый и отворачивается, тихо выругиваясь.

— Если Син выбрал ее, значит, в ней что-то есть, — задумчиво протягивает Шем. — Она же приходила с Черри на репу, кажется, да?

— Только послушайте, как она поет, — раздраженно бросаю и смотрю на нервно переминающуюся девушку. Чем дольше затягивать, тем больше она будет переживать и тушеваться.

— Окей, она классно поет, допустим, но… — Райт запинается, проводит по пепельно-русым волосам и чуть тише добавляет: — Ты же ее видел? Сколько ей лет? Шестнадцать хоть есть?

— Она выпускница, ей уже восемнадцать, мы учимся в одном классе, — огрызаюсь и отталкиваюсь от стола.

— Но выглядит она, как лолитка, — кривится Оззи. — Такая маленькая непорочная девочка.

— Оз, заткнись, — шикает на него драммер. Очень вовремя, или языкастый гитарист сейчас отхватит по роже и будет ходить с фингалом под глазом. — Ладно, давайте послушаем.

— Если ее накрасить, приодеть, наверное, толк будет, — кивает согласно Райт.

Я зову Джи. Она медленно подходит, останавливается рядом и сцепляет перед собой пальцы в замок.

— Джи, спой что угодно.

— Хорошо, — тихо выдыхает девушка и, спустя мгновение, помещение заполняет ее прекрасный густой голос, пробирающий до костей.

— Ди-джей играет ту же песню, у меня горы дел, столько ответственности, когда же закончится это мучение? Я чувствую себя Королевой Страданий, Королевой Страданий… Я могла бы все бросить, возможно, так было бы лучше для моего будущего. Но приходит новый день, который приносит все ту же рутину. Просто новый день, и ничего хорошего. [16]

Краем глаза отмечаю реакцию друзей и остаюсь доволен. Оззи недоверчиво хмурится, но смотрит прямо на Джи, даже Райт приоткрыл рот и водит задумчиво пальцами по губам. Шем незаметно кивает, мол, «то, что надо, чувак». Перевожу взгляд на Джи и уже представляю ее на этой небольшой сцене. У нас много работы впереди. Очень много, но я готов выкладываться на полную и помогать развивать группу.

— Думаю, достаточно, — хлопает пару раз в ладони Оззи. Голос Джи резко обрывается, и девушка вопросительно смотрит на меня. — Что это за песня?

— Шадэ, — отвечает она.

— Ну, хоть не Кэти Перри, — бубнит Райт с усмешкой на устах. — Это было очень круто. Давно поешь?

— Как сказать… — неуверенно произносит Джи. — С детства, наверное.

— Самоучка, — помогаю и ободряюще поднимаю большой палец вверх. — А ее отец — Руперт Браун, басист «Polar bears».

— Да не гони, — фыркает Оззи и смотрит подозрительно на Джи: — Твой отец играет в «медведях»?