Шрифт:
Меня подбрасывает на месте. Стискивая бедра, пытаюсь отползти подальше.
Слишком острые ощущения, как по оголенным нервам.
Егор плотоядно усмехается, рывком возвращает меня на место и повторяет. Результат тот же. Как удар током.
– Расслабься, Киса… я так отлижу, что ты в жизни этого не забудешь.
Глава 27.
Все даже круче, чем я себе представляла. Не хочу думать, сколько вагин Егор вылизал до меня, но делает он это виртуозно. Он точно знает, где и как надавить, в каком ритме работать языком, чтобы я в очередной раз сорвалась на крик. Когда дать передышку, а когда добавить пальцы, чтобы я кончила.
Извиваясь на постели, я мысленно прошу о пощаде. Не могу больше… умру… но только бы не останавливался.
Тело сводит сладкой судорогой, из горла рвутся рваные хрипы и стоны. Это не кончается. Один оргазм тут же сменяется другим, я хрипну и начинаю реветь. Наконец, мучитель отходит, и мои ноги безвольно падают на пол. Я постепенно прихожу в себя, растираю по лицу слезы и, открыв глаза, вижу, как Егор раздевается.
Глядя на меня как волк на кусок мяса, он срывает с себя рубашку, быстро избавляется от джинсов с трусами и, протянув мне руку, вынуждает сесть.
– Пососи мне, Киса.
– Что?..
– Я хочу минет… пососи мне.
Все еще плавая в остатках экстаза и совершенно не чувствуя ног, я пытаюсь сфокусировать взгляд на раскачивающемся у моего лица внушительном агрегате.
Я пососу, правда. И сделаю это с удовольствием, потому что не раз себе это представляла. Вопрос в другом – понравится ли это Егору, потому что опыта у меня ноль. Примерно как с куннилингусом.
Сползаю на пол и встаю на колени. Глядя на Егора снизу вверх, тяжело сглатываю, а потом смотрю на его член. Он больше, чем у Кости, толще и длиннее, но немного светлее. Головка красивая, крупная, ярко-розового цвета. Высунув язык, я слизываю с нее белесую каплю смазки.
– Говори, если что не так, хорошо? У меня мало опыта.
Сощурив глаза, смотрит на меня недоверчиво, но потом все же молча кивает.
Раскатав во рту пряный вкус, осторожно обхватываю головку губами и пытаюсь насадиться на член. Делаю это медленно, до тех пор, пока не почувствую его в горле. Выпускаю изо рта и повторяю все заново.
– Бл*дь, тебя кто сосать учил?
– Никто, - отвечаю тихо, - как надо?
– Обхвати губами сильнее… вот так…
Удерживая мою голову руками, Егор сам меня направляет.
– Язык к члену снизу прижми… сильнее…
Делаю, как велит и чувствую, как он проталкивается в меня гораздо глубже, чем я могу вытерпеть. Стучу ладошкой по бедру, но Егор не щадит.
– Расслабь горло…
Трудно, но я стараюсь.
– И дыши носом… спокойно… вот так…
Он настолько растягивает мой рот, что я всерьез опасаюсь за свои губы и челюсти, которые начинает нещадно ломить.
– Умница… - выходит полностью и предупреждает, - сейчас повторим все заново.
Я киваю. Упираясь ладонями в мощные бедра, вновь выдерживаю натиск.
Толчки повторяются снова и снова. Становятся чаще и жестче, но я быстро подстраиваюсь и даже успеваю ласкать его на выходе.
– Киса… бл*дь… да, вот так… умочка, девочка…
Ему нравится! Нравится!
– Терпи, еще немного… давай… я в тебя кончу…
Я судорожно киваю.
– Ты проглотишь, поняла?..
Снова кивок. Я готова на это, но только с ним.
– Смотри на меня! – рычит Егор.
Поднимаю на него взгляд, и в этот момент в горло ударяет густая горячая струя. Он глухо хрипит, дергается во мне, а я все глотаю, глядя в безумные глаза.
– Ви-ка-а-а-а…
Потом мы просто лежим голые в обнимку. Я, прижавшись лицом к его груди, он – губами к моим волосам.
Мне хорошо. А еще дико страшно, что рано или поздно это закончится. Как я жить буду?..
Прижимаюсь губами к влажной, жмурюсь, пытаясь унять в груди странное дребезжание. Внутри набухает, жжет, выталкивает сердце к горлу.
– Ты голодная?
– Что?.. – не сразу понимаю.
– Перекусить хочешь? Я просто с обеда не ел ничего…
Я в это время суток никогда не ем, но ради Егора согласна сделать исключение.
– Не отказалась бы от чашки чая.
– Будет сделано, - усмехается, чмокая меня в лоб.
Поднимается с кровати и вальяжно подходит к шкафу. Я же жадно лапаю его глазами.
Он великолепен. Широченные плечи, сильная спина, шикарный зад, и две ямочки над ягодицами кого хочешь сведут с ума.
Как раньше я этого не замечала? Или я запретила себе это замечать?
Надев домашние трико, Егор выходит из спальни. Я подрываюсь следом. Он же не думает, что буду лежать в ожидании чая в постель, как королева?