Быстренько извинившись я поспешил поскорее уйти.

Улицы города буквально оказались забиты людьми. Они сновали во все стороны сразу. И влево, и вправо, переходили и перебегали дорогу по диагонали. Я наблюдал настоящий дорожный апокалипсис.

То и дело раздавались раздражённые крики извозчиков. Чтобы ненароком не задавить никакого ротозея, коих с лихвой хватало, им приходилось не ехать, а плестись не быстрее самих пешеходов.

Довольно колоритная картина получалась. Столько ярких красок, столько жизни. Учитывая, что по ночам по этим же улицам бродила смерть. И горожане не решились бы покинуть своих домов даже если бы начался пожар.

Внезапно весь этот многоголосый гомон исчез. Всего в одно мгновение вокруг воцарилась гробовая тишина. Только фыркающие лошади изредка напоминали о своём присутствии.

Все, абсолютно все без исключения с открытыми ртами уставились в небо. Мелкий чистильщик обуви врезался в меня и просто остановился. Пацан так и стоял, уперевшись в меня и пялился в небо.

Прежде чем тоже посмотреть, я заметил большую тень, скользящую по улице.

Ого... в небе проплывал огромный дирижабль. Он совершенно бесшумно парил в воздухе.

Зрелище было и правда завораживающим. Золотистый корпус дирижабля словно купался в солнечных лучах, играя зайчиками.

Насмотревшись, народ сперва начал перешёптываться, а потом улица и вовсе вернулась к своему привычному гулу людских голосов. Но из обрывков фраз суть я уловил.

Все поголовно были уверены, что на дирижабле прибыли высокопоставленные гости, приглашённые на приём к префекту. Я прямо представил, с каким выражением лица в небо смотрела Арья.

Уж она, пожалуй, таким гостям обрадовалась даже поболее самого префекта.

А мне, после разговора с Пирром, всё больше казалось, что я стану просто разменной монетой. Вроде как «кровь за кровь». Потому что вряд ли люди поймут, если Арья прирежет кого-нибудь из аристо, просто за то, что тот меня обозвал или довёл до слёз.

Поэтому я поспешил домой. Нужно было срочно навестить Боза. Он единственный кто был заинтересован в моей безопасности не меньше меня самого. Так что должен помочь или по крайней мере подсказать, как мне не сдохнуть вот прям сразу.

Я потратил не меньше часа на дорогу до дома. Всё это время мне пришлось локтями прокладывать себе путь. Так что я на своей шкуре ощутил всю боль и ненависть, исходящую от возниц в сторону пешеходов. Которые совсем не смотрели куда идут.

Наконец, с небольшой одышкой я оказался у ворот клана. Они, как и обычно в дневное время были открыты настежь. Вроде как — заходи кто хочешь. Правда все понимали, что за такое скорее всего убьют, поэтому никто и не заходил.

В библиотеку я влетел, обливаясь потом, словно оказался на финальном отрезке многокилометрового марафона. И когда дверь распахнулась, Боз так и замер, с открытой пастью и поднесённой к ней ложкой каши.

— Приятного аппетита, — бросил я, усаживаясь напротив совуха. — У нас проблема!

— У нас? — совух вертикально воткнул ложку в тарелку с кашей. — Ты вообще видишь чем меня кормят? — для демонстрации обоснованности своей претензии он поднял тарелку и перевернул её над столом. — Нормальная еда должна была упасть на стол. Понимаешь? — Боз несколько раз с силой тряхнул тарелку, но ни каша, ни даже ложка никуда не упали. Пищевая инсталляция даже в перевёрнутом виде оставалась полностью цельной.

— Ну ты ведь вчера съел пару баранов. А это много мяса, — а что мне ещё было сказать на такое.

Судя по злобному оскалу Боза, мне вообще ничего не стоило говорить. Дурак я, в следующий, если не сожрёт меня сейчас с голодухи, просто буду со всем соглашаться.

— Ладно, говори чего тебе. Всё равно это есть невозможно, — тарелка с кашей разлетелась на куски об входную дверь.

— У нас проблема, Боз.

— Не у нас, а у тебя, предатель.

— Чего-о-о-о? — я врубил режим дурочка. — Ты это о чём, дружище?

— Я всё знаю. Так что не ломай комедию.

— Слушай, Боз, я могу всё объяснить.

— Оставь при себе это враньё, не хочу слушать.

Невероятно, но факт — Боз узнал вообще всё. И что я из другого мира, и что я выбил себе свободу, хоть и только через шесть лет. И даже то, что меня взялся тренировать клан Рассветных Демонов.

Я не мог себе позволить лишиться единственного союзника. Поэтому принёс тысячу извинений, дал слово больше так не делать и спросил как мне загладить свою вину.

И мне повезло, Боз оказался не мелочным или злопамятным. Он довольно быстро меня простил, за сущий пустяк. Мне всего лишь пришлось отдать ему дорогущий кристалл скверны. О котором он тоже... тоже! сука! откуда-то узнал.