Шрифт:
– Если я ее выпущу - она уйдет, - говорю, помолчав.
Виснет пауза, Николас не отвечает, курит трубку, он понимает, о чем я, знает, я второй раз наступил на те же грабли, вторая ошибка - и снова из-за любви.
Я не могу сейчас принять поражение, что мне тогда останется?
– Но ты же не один ее любишь, - брат отталкивается от капота, шагает к своей машине, бросает не оборачиваясь, через плечо, - я забрал ее у тебя, а теперь ты у меня. Мы в расчете. Отпусти, Арон.
Он хлопает дверью.
Я захожу в тамбур.
Глава 83
Слушаю преподавателя и стараюсь на его словах сосредоточиться, но получается плохо.
Это, наверное, перенапряжение, я весь месяц, чтобы успеть наверстать материал к экзаменам с утра до вечера только про учебу и думаю.
Как время прошло незаметно до марта, в квартире Арона. Так и сейчас - несколько недель пролетели, за окном светит жаркое майское солнце. И у одногруппников все мысли про выходные.
А у меня про новости.
Даю себе обещание заглянуть в интернет на переменке и заставляю себя учиться.
– Ну и ну, - шепчет рядом Вика и сует телефон мне под нос.
– Читала?
– Нет, убери, - с раздражением отталкиваю ее руку.
Не хочу ничего знать, но спрятаться некуда, мою фамилию обсуждают все, и я против воли в курсе.
Известный адвокат Арон Рождественский опять отмазал преступников”, “Произвол в полиции: майора Виктора Рождественского отстранили от службы за превышение полномочий”…
Про Николаса и читать страшно, у него что ни день - то новый заскок.
А ведь у меня у самой…
– Не делай вид, что тебе неинтересно, - шепчет Вика и снова подсовывает мне сотовый.
– Знаешь, что они на этот раз сделали?
– Вик, отстань, - поднимаюсь и сбрасываю учебники в рюкзак.
– Мне нехорошо, - бормочу в ответ на удивленный взгляд препода и бочком протискиваюсь по рядам вниз.
Выскальзываю из аудитории и тороплюсь к туалету.
Я не соврала, меня, правда, мучает токсикоз.
И не только.
Мне очень страшно, я ведь одна совсем. Самое главное - экзамены сдать и получить диплом.
А как это сделать, если фамилия братьев преследуют на каждом шагу.
В туалете умываюсь и пристраиваюсь в коридоре на лавочке возле окна. Тереблю обручальное кольцо на пальце.
С Николасом мы до сих пор не развелись только лишь потому, что ему просто некогда, времени нет, он занят съемками своих дурных фильмов и вечеринками, на которых с каждым днем все сильнее шокирует общество.
И ведь все знают, что это мой муж. Под предлогом заботы лезут с расспросами.
На меня учителя косятся, будто бы это я творю все эти вещи, дебоши в ночных клубах устраиваю, раскатываю по городу с очередной будущей актрисой за рулем и шампанское пью, высунувшись в люк.
Не так я все себе представляла, когда выходила замуж. Было три красавца-брата, успешные, удачливые, счастливые.
А теперь старший агрессивно добивается правосудия в суде, вчера его удалили со слушания.
Средний, наоборот, чуть-что открывает пальбу и посылает к черту начальство.
А младший своими дурными выходками всех с ума сводит.
Открываю на телефоне ленту с новостями и тут же закрываю.
Нельзя мне это читать, я и так спать перестала почти, а ведь мое состояние не только на мне отражается.
На днях истекает крайний срок, а я так и не решилась, что мне делать с ребенком, если не пойду на следующей неделе прерывать беременность, то всё.
Страшно.
Этот ребенок никому из них не нужен, уверена, если скажу - меня отправят в клинику, решать проблему.
Да и кому говорить не знаю, судя по срокам - старшему брату моего мужа.
Ужасно, ужасно…
Звенит звонок, и я поднимаюсь, вешаю рюкзак на плечо. Возле гардероба жду Вику, топчусь на месте и кусаю губы.
Все окна стоят нараспашку, холл продувает теплым ветерком.
Неделями такая погода стоит, словно за те дни, когда я безвылазно в квартире сидела - природа подарок мне отдает.
– Алис, да расслабься ты, - подруга подходит и несколькими движениями взбивает волосы, - опять из-за своих Рождественских загрузилась? Не надо было тебе новости показывать, - она вздыхает, берет меня под руку, - но с другой стороны. Ты же сама ушла, так на что рассчитывала? Что тебя дома будут ждать?