Но я проспала, и папа утянул на ужин…

– Вик!
– торопливо распахиваю дверь и выбираюсь на улицу.

Подруга оглядывается. Замечает знакомый Бентли, в котором мы ночью стекло огнетушителем проломили.

И оступается на каблуках.

– Алиса!
– зовет она приглушенно и шагает мне навстречу.
– Что? Где он? Он тебя вычислил, да? Так быстро? Я же говорила! Мент! Да не простой, раз на такой тачке раскатывает!

– Не вычислил, - отмахиваюсь и хлопаю дверью.
– Ты куда так вырядилась?

– За вещами пришла, - она поправляет жилетку.
– Что? У меня тут и куртка, и сумка, я тебя два часа ждала, ты так и не заехала за мной.

– А разоделась-то куда?
– вдыхаю запах ее сладких духов. Боковым зрением вижу, как на Вику уставились мужчины у сауны.

Раздается веселый негромкий свист - явно по Викину душу.

– Ты интересная такая, - подруга оглядывается.
– Вчера троих сразу подцепила. А мне-то ничего не осталось, - втолковывает она.
– Я тоже хочу.

– Там, вообще, все не так, - рассказываю про Рождественских и ужин.
– Мы с папой сегодня…

– Пошли, сумки заберем сначала, - перебивает Вика и тянет меня к дверям “Пантеры”.
– Я без телефона, как без рук.

Она смело ввинчивается прямо в толпу мужчин с сигаретами, и те послушно расступаются. Кто-то причмокивает.

– …я не помню, - что-то лениво рассказывает один из них. И присвистывает.
– О, глянь-ка. Рождественский подъехал. Зачастил что-то.

От этой фамилии вздрагиваю. И пугливо оглядываюсь.

В нескольких метрах от нас, рядом с Бентли паркуется Альфа Ромео. Красная, спортивная, двухместная.

Я ее видела уже. Вчера здесь же. И сегодня во дворе Рождественских.

Ветер до костей пронизывает, с ног до головы покрываюсь мурашками. Толкаю Вику вперед, и та едва не падает с каблуков.

– Эй!

– Ш-ш-ш, - прячусь за мужчинами, пригибаюсь. Тихонько открываю дверь, и вслед за подругой юркаю в сауну.
– Там Арон приехал, - говорю прежде, чем она успевает возмутиться.
– Мы с папой сегодня. У них на ужине были. У Рождественских. Это они.

Арон

– Ты прямо завсегдатай, - смутно знакомый мужик протягивает мне руку, когда я равняюсь со входом в “Пантеру”.
– Один, али с компанией?
– он подмигивает.

– По делам, - сухо отрезаю.

Я и, правда, по делам.

У девочки совсем чувства самосохранения нет. Сначала машину у Николаса угнала. Теперь у Виктора.

И на его Бентли приехала на работу, ноги перед клиентами раздвигать.

Толкаю дверь сауны и скриплю зубами.

Я ее за волосы из чужой кровати сейчас вытащу.

Она бессмертная что ли, я ей русским языком сказал, что она моя.

И не только в этом проблема. На машине моего брата-полицейского на свою проститутскую работу ездить - да она оборзела, стерва.

Будущая родственница. В голове не укладывается.

Киваю охраннику, широким шагом пересекаю холл. За стойкой шатенка моего возраста. Улыбается мне. Не заученно, как клиентам.

А как мужчине. Я эти призывные сигналы науизусть знаю. И улыбаюсь в ответ.

– Мне девушка нужна, - облокачиваюсь на стойку.
– Ее вчера сюда вызывали. И сейчас она тоже здесь.

С нарумяненного лица администратора пропадает доброжелательность.

– Извините, - строго смотрит она на меня.
– Не понимаю, о чем вы. Если наши посетители вызывают сюда своих подруг…

– Я ее Бентли видел на парковке, - усмехаюсь, - поэтому дуру мне тут не включай. Ваша сауна сотрудничает с агенством. И мне надо знать. Куда вызвали девушку. В каком она зале.

Админ кусает губы с ярко-красной помадой. Косится на залы.

– Я не могу вас к нашим гостям проводить, вы меня поймите, - выдыхает.

– Мне самому сходить?

– Меня же уволят.

– Не уволят.

Она колеблется, черными длинными ногтями барабанит по стойке.

– Ладно, - делаю шаг в сторону.
– Я сам.

– Подождите, я провожу, - решается она и стучит каблуками. Обходит стойку, приравнивается к моему шагу.
– Можем вам другую девушку вызвать, - еще одна попытка меня остановить.
– Покажу вам портфолио. Какая вам нужна? Блондинка, брюнетка?

– Мне та нужна, - отрезаю.

Она вздыхает. Первой подходит к стеклянным дверям зала и толкает створку.

Шагаю в помещение.

На кожаных диванах сидят мужики в трусах, между ними девица. В бассейне плещутся еще несколько, все не те. Иду по залу под недовольство, свист и выкрики, одну за другой распахиваю двери комнат.