Рыбка поднимается на локтях, быстро целует меня, не позволяя даже помечтать о горяченьком, и отворачивается, прячась под одеялом.

— Сладких снов.

Вот тебе и новости. Я, конечно, знал, что в отношениях страсть со временем угасает, что секс становится реже, да и в принципе был к этому готов, но вот что это случится так быстро, для меня стало внезапным открытием. Но, может, и правда устала? А я тут прицепился с намеками и сексом, как будто еще не вышел из пубертата. Ладно, присмотрюсь к Рыбке завтра. Возможно, уже к утру все и изменится. Обнимаю Юлю, почти подминая под себя, она не сопротивляется, только сопит. Закрываю глаза, целую ее в плечо и проваливаюсь в сон.

***

Утром долго не могу понять, что происходит. Телефон разражается трелью, но она звучит через толщу сна, да еще и момент такой подходящий, будто это у Максима из страны снов мобильник разрывается в кармане. Все меняется, когда к мелодии подключаются кулаки, точнее локти. Рыбка толкает меня, бормоча что-то нечленораздельное, и я с трудом открываю глаза, тянусь к трубке, но не соображаю ровным счетом ничего.

На дисплее красноречиво зияет имя «Дмитрий СК», и я рывком поднимаюсь, убавляю звук и выхожу из комнаты. Восемь утра, выходной, а он звонит. Значит, что-то срочное. Закрываю дверь на кухню и тихо здороваюсь.

— Привет, Дим. Ты рано сегодня.

— Конечно рано, Макс. Тут пиздец! — он совсем взволнованный, и я напрягаюсь. До этого старался не думать о проверке, но его голос кого угодно параноиком сделает, поэтому жду, когда он продолжит говорить. — Помнишь, проверка через две недели должна была быть?

— Ну.

— Эти козлы решили на следующей неделе заявиться, так что у нас семь дней на подготовку.

— Блядь! — вырывается громкое, и я прикусываю язык. Не один ведь, а в квартире, один черт, все слышно.

— Не успеваешь? — спрашивает он обреченно, а я ни хрена не знаю, успеваю или нет. Выдающихся спортсменов из малышни точно не сделаю, но они сейчас растут с каждым днем, так что дополнительное время не помешало бы.

— Не знаю, Дим. Пока все идет по графику. Профи они и так стать не успеют, тут счет на годы, а не на недели. А показать достойный уровень в любом случае сможем, — говорю уверенно, и Дима вроде успокаивается, облегченно выдыхая. Я, конечно, его спокойствия не разделяю, но это пока. На следующей неделе поработаем над техникой, глядишь лучше получится.

— Будем надеяться, Макс. Ты по документам проверь все. Я на почту сброшу весь пакет, который нужен им, подбей все бумажки и программы.

— Принято, — отзываюсь уже не с таким энтузиазмом, потому что придется все выходные потратить на это дело, а значит, никаких долгих завтраков с Рыбкой.

Пока я расхаживаю по квартире, Юля просыпается окончательно и выходит ко мне. Интуитивно сгребаю ее в охапку, успокаиваясь. У меня все в порядке, я человек новый, да и ответственностью не обделен, но все равно волнительно. Пойди что не так — прикроют, и бровью не поведут, а мне потом в тренерство путь заказан.

— Доброе утро, — она целует мою грудь, куда дотягивается, а мне приятно, что Рыбка больше не прячется и не рычит. — Все хорошо? — спрашивает она, отстраняясь. Усаживаю ее на диван — сегодня свежо, а она босиком. Еще разрываться между работой и Рыбкой не хватало.

Юля подтягивает колени к груди и шмыгает носом. Все-таки мерзнет в тонкой ночнушке. Сажусь, подхватывая с кресла плед, и накрываю нас обоих. Она довольно улыбается и поворачивается боком, закинув на меня ноги. Не Рыбка, а лягушка.

— Будет, — когда она рядом, уверен в этом. — Проверку перенесли на следующую неделю. Так что показательное выступление состоится раньше.

Стараюсь не выдавать волнения, но Рыбка охает и испуганно прижимает ладони к лицу. Глаза округляются, выдавая ужас. Как будто она постаралась, ей-богу. Но переживает за меня, и от этого становится приятно, не скрою.

— Как же теперь успеть?.. — выдает так, будто у меня ничего не готово, и нужно все срочно придумать. Она напрягается и долго смотрит в одну точку. Беру ее за руки и целую, а Рыбка так растерялась, что того гляди расплачется.

— Успею. Только сегодня придется поработать. Прости, что не получится побыть вместе, и не переживай так, — целую ладонь. — Я в душ, приготовишь завтрак?

— Д-да, конечно.

Сердце останавливается, кровь отливает от лица, а я забываю, как дышать, когда слышу то, чего боялась больше всего. Проверку перенесли. И у меня нет сомнений, кто этому посодействовал. И как она только все провернула? Караулила Краснова всю ночь под дверью, а когда не пришел, решила действовать?