Во всех сундуках лежало одно и то же: военная форма, резиновые сапоги и личные вещи солдат. Англичанин достал первую попавшуюся под руку униформу, показавшуюся подходящей по размеру, пару резиновых сапог и начал быстро натягивать их на себя.

Переодевшись, он посмотрелся в висевшее на стене треснувшее зеркало. Своим видом Шавасс остался вполне доволен. Однако ему не хватало еще одного атрибута солдата китайской армии. Проверив все сундуки, в последнем он нашел то, что искал: фуражку с красной звездочкой. Надев ее на голову, он, чтобы максимально прикрыть лицо, надвинул козырек на самые брови.

В этот момент дверь отворилась и в комнату вошел китайский солдат. Это был молодой, простоватого вида парень, с кривыми ногами и руками земледельца. При виде Шавасса у него от удивления отвисла нижняя челюсть.

Применить против него боксерский прием англичанин был не в состоянии. Поэтому, схватив стоявший у стены сломанный стул, просто ударил им китайца по голове.

Тот крякнул и с громким стоном опустился на колени. Шавасс кинулся было к двери, но китаец обеими руками вцепился в его одежду. Развернувшись, англичанин ударил его ногой в солнечное сплетение. Тот упал навзничь, и лицо его стало синеть.

Выскочив из комнаты, Шавасс плотно прикрыл за собой дверь и побежал по коридору. В конце его он остановился у второй двери, открыл ее и оказался в узком проходе, заканчивавшемся просторным вестибюлем.

В небольшой застекленной конторке у самого выхода двое солдат пили чай. Склонив на грудь голову, Шавасс уверенной походкой направился к двери. Завидев его, один из сидевших в конторке что-то крикнул ему и, оскалив желтые зубы, рассмеялся. Англичанин на ходу приветливо помахал рукой и вышел на улицу.

Увидев у крыльца джип с задраенным верхом, Шавасс мгновенно принял, как ему показалось, единственно правильное в такой ситуации решение. Сбежав по каменным ступенькам, он забрался в машину и включил двигатель. Отъехав на несколько ярдов от крыльца, остановил джип и прислушался. Однако никаких криков позади себя не услышал. Подъезжая к воротам, он сбросил скорость, но солдат, стоявший на выезде, взмахом руки дал ему понять, что останавливаться не надо. Проехав через ворота, Шавасс свернул на площадь и погнал машину в центральную часть Чангу.

Когда он остановил джип рядом с домом Хоффнера, холодный дождь все еще моросил. «Удалось! Удалось! И довольно легко», – стучало в голове Шавасса. Однако, взбегая на крыльцо дома, радостных чувств победителя он не испытывал. От внезапно навалившейся страшной усталости его слегка подташнивало.

Шавасс дернул за цепочку и услышал, как внутри дома прозвенел звонок. Он прислонился к двери и, когда она внезапно открылась, почти ввалился в дом. Если бы не заботливые руки, подхватившие его, англичанин непременно бы упал. Шавасс поднял голову и в полутьме прихожей увидел лицо Кати.

Шум холодного дождя, барабанившего по ставням, Шавасса уже не волновал. Греясь у камина, он наблюдал за разливавшей чай Катей, а склонившийся над ним Хоффнер, хмуря брови, прослушивал легкие с помощью стетоскопа.

– Пол, вас следовало бы отправить в больницу, – распрямившись, произнес Хоффнер. – Со здоровьем шутить нельзя.

– Доктор, но оно вряд ли улучшится, если я у вас задержусь, – ответил Шавасс. – Главное, чтобы мне его хватило на обратную дорогу. Это в ваших силах?

Хоффнер кивнул.

– Я могу его поддержать, но только на некоторое время, – ответил он.

Старик достал из черной сумки небольшую стеклянную ампулу и шприц.

– И на сколько ее хватит? – поинтересовался англичанин.

– В нормальных условиях ровно на сутки, – ответил Хоффнер. – Но при вашем состоянии даже и не знаю. Я вколю вам сначала одну дозу, а потом – вторую. Так что самое большее вы сможете протянуть дня два. А потом... потом будете лежать пластом.

– Ну, это уже не так важно. К тому времени мы уже пересечем границу с Кашмиром, – сказал Шавасс.

Как только Хоффнер сделал укол, которого Шавасс почти не почувствовал, англичанин начал поспешно одеваться.

– Когда вы отправляетесь? – протягивая ему чашку с горячим чаем, спросила присевшая рядом Катя.

Шавасс нахмурился.

– Когда я отправляюсь? – переспросил он. – Но мы же отправляемся все вместе.

Она положила руку ему на колено и тихо произнесла:

– Пол, бегите без нас. Доктор – старый, больной человек, а отсюда до границы, по меньшей мере, миль сто сорок. Добираться придется по бездорожью. Он этого не выдержит.