Добравшись до Клермонта, он поехал прямиком в конюшню и спешился. Когда он расседлывал кобылу, во дворе появился Джошуа, и Клей сказал:

– Я позабочусь о лошади. А ты приготовь мне поесть. У меня по дороге разыгрался аппетит.

Когда спустя несколько минут он зашел в дом, Джошуа хлопотал у очага, и Клей поднялся в свою комнату. Он отстегнул кольт, бросил шляпу в угол и снял шинель, потом встал перед зеркалом и оглядел себя.

В правом виске размеренно пульсировало. Он провел пальцами по волосам и нервно рассмеялся.

– Это станет для свиньи уроком, который он не скоро забудет, – негромко сказал он сам себе.

Когда он спустился вниз, Джошуа накрывал на стол. Камердинер окинул его серьезным взглядом, направился к буфету и достал бутылку бренди:

– Судя по вашему виду, вам не помешает порция спиртного, полковник.

– И возможно, не одна, – ответил Клей. Он осушил стакан одним долгим глотком и кашлянул, когда тепло разлилось по его телу. Потом наполнил стакан снова, сел у огня и, пока Джошуа хлопотал у пени, поведал о ночном происшествии.

Джошуа слушал молча, его лицо не выдавало никаких чувств. Когда Клей закончил, он покачал головой:

– Сдается мне, что вы сделали именно то, чего хотели избегать, полковник. Вы встали на одну из сторон.

Клей нахмурился:

– Я так не считаю. Марли – это особый случай.

– Но называться капитаном Свингом было глупо. Если, как вы говорите, не один человек получает письма с угрозами, подписанные этим именем, то беспорядки охватят всю страну. Теперь они будут думать, что этот человек существует на самом деле.

– Но он существует, – сказал Клей. – Или, скорее, существовал. – Он вздохнул. – Это было совсем как в прежние времена, Джош. Все равно что скакать по Индиане и Огайо с рейдерами Моргана.

– А как насчет вашего акцента уроженца Джорджии? – настаивал Джошуа. – Для Марли или любого другого, кто его услышит, не составит никакого труда узнать его в следующий раз.

Клей ухмыльнулся:

– В детстве я был прирожденным имитатором, ты знаешь это лучше, чем кто-либо другой. Там, в Килине, мне удалось довольно сносно изобразить ирландский акцент.

Джошуа покачал головой и стал накладывать еду в тарелку:

– Вы по природе своей человек вспыльчивый, полковник. Вот в чем ваша беда. Вот и батюшка ваш был такой же, и смотрите – как он закончил свою жизнь.

Клей пожал плечами:

– По крайней мере, это произошло быстро. Как врач, я могу заверить тебя – есть виды смерти куда более худшие, нежели от пули.

Он встал, чтобы пройти к столу, и тут снаружи, во дворе, зацокали копыта. Затем в дверь постучали. Джошуа встревоженно посмотрел в ту сторону, а Клей спокойно улыбнулся и прошелся по комнате. Открыв дверь, он обнаружил, что там стоит Кевин Роган.

Великан улыбнулся:

– Простите, что беспокою вас в такой час, полковник, но нам необходимы ваши профессиональные услуги.

Клей жестом пригласил его внутрь и закрыл дверь:

– Что стряслось?

Кевин пожал плечами:

– После нашего визита в Драмор-Хаус мы пошли выпить в трактир Кохана. Там у нас вышла ссора с человеком по имени Варли, одним из ребят Гамильтона. Он слегка порезал моего отца.

– Насколько серьезно? – спросил Клей.

– Скверная резаная рана на внутренней стороне правого бедра. Варли метил ему в пах.

– Я схожу за своим саквояжем, – сказал Клей. – Если вы оседлаете для меня Пегин, это ускорит дело.

Роган повернулся, чтобы открыть дверь, и на секунду замешкался:

– Да, кстати, не забудьте тот пакет, полковник. Вы ведь говорили, что хотите лично отдать его адресату. Так почему бы не сделать этого сейчас?

Клей кивнул, улыбка медленно проступила на его лице.

– Здравая мысль. Он достаточно долго висел на моей совести.

Дверь тихонько закрылась за Роганом, а на лестнице появился Джошуа с чёрным саквояжем, с твидовой курткой для верховой езды, перекинутой через левую руку. Помогая Клею надеть пальто, он сказал:

– Я взял на себя смелость положить «драгун» на дно саквояжа, полковник. Ни от чего ведь нельзя зарекаться.

Клей задумчиво кивнул:

– Тут ты прав.

Джошуа подошел к шкафу и достал пакет:

– Вероятно, вам понадобится вот это?

– Возможно, я выясню, что в нем, до того как закончится эта ночь, – сказал Клей. – Думаю, я сделаю это своей платой за лечение Шона Рогана.

Когда они вышли на улицу, Кевин показался из конюшни с Пегин, оседланной и взнузданной, а немного погодя он и Клей с дробным стуком промчались по булыжникам и поскакали между деревьев к вересковой пустоши.