– У меня такое впечатление, что все кончено.

– А это означает, что мы опоздали, – отозвался тот. – Они уже смылись. Возьми мой автомат и прикрой меня. Я спущусь вниз.

Чарли растянулся на последних ступеньках трапа. Пальцы его скрючились, как когти. Под ним растекалась лужа крови. Перешагнув через труп, Гарри вошел в кают-компанию.

Винер лежал лицом вниз, дыры в его пиджаке еще дымились, из них ровными струйками сочилась кровь. Очевидно, Орлов всадил ему в спину всю очередь.

Мэннинг перевернул немца: его широко раскрытые глаза пристально смотрели в никуда, словно он не мог сфокусировать взгляд. Облизав губы, Винер едва слышно произнес:

– Я говорил ей, что тебя надо уничтожить до нашего отъезда. – На лице его появилось удивленное выражение. – Не могу поверить. С самой войны умение выживать стало моей второй натурой.

– Пока в игру не вступила Мария, – нарочно вставил Мэннинг.

– Мне приходила в голову эта мысль. – От боли Винер закрыл глаза, потом снова открыл их. – Она поплыла под риф с Гансом и тремя кубинцами. На другой стороне канала есть красный бакен. Сегодня в полдень там бросит якорь яхта. Они хотят взорвать ее.

– Взорвать бакен? Но каким образом? Мария сказала, когда это случится, их там не будет.

– Через корабельный передатчик... Радиоуправляемый снаряд... Взрыв на расстоянии. Пятьдесят-шестьдесят миль... – Винер тяжело дышал. – Какой конец после стольких-то лет! Почему, Гарри?

– Хочешь покурить? – спросил Мэннинг и достал сигарету.

Но раскурить не успел: глаза немца закрылись, и остатки жизни вместе с легким вздохом покинули его тело.

Обернувшись, капитан увидел в дверях Орлова и Моррисона.

– Вы слышали?

Моррисон кивнул:

– Меня одно удивило. Винер сказал, что они поплыли под риф. Что это значит?

Все вместе они поднялись на палубу.

– Я хорошо знаю здешние места, – объяснил Мэннинг. – Риф называется Кафедрал. Он тянется в южном направлении на несколько миль. В ширину его перерезает огромный коридор длиной в три сотни ярдов, не меньше. Внутри там, как в церкви – сводчатые потолки. На той стороне, где канал, риф идет под откос в такую глубину, что до дна не добраться.

Они вернулись на палубу «Щедрости изобилия» и начали раздеваться.

– Сколько потребуется времени, чтобы обогнуть риф на корабле? – спросил Моррисон.

– По меньшей мере полчаса: там трудно провести судно, – объяснил капитан. – Через риф плыть быстрее. Сет пойдет в обход и подберет нас у бакена.

Сет быстро притащил на палубу акваланги, и вся троица начала одеваться. У Мэннинга на спине закрутился один из ремней. Он тщетно пытался дотянуться до него, пока Анна не пришла на помощь.

Гарри стягивал ремни на груди, Анна – на боках. Потом она подала маску. Ее лицо было совершенно спокойным, взгляд – твердым. Лишь на секунду она коснулась руки Мэннинга и тут же отвернулась и подошла к отцу, который стоял с Сетом возле рубки.

Мэннинг и Моррисон вооружились подводными ружьями, Орлов приладил гарпун к шестифутовому корабельному крюку, смастерив нечто вроде примитивного копья.

Наконец все было готово, и капитан кивнул Сету:

– В таком тумане ты подойдешь к бакену через полчаса, не раньше. Там и встретимся.

Это напутствие матросу на него самого подействовало успокаивающе. Он быстро перебрался через поручень и погрузился в холодную воду.

В лучах рассветного солнца море переливалось зеленовато-серыми бликами. Мэннинг подождал остальных и поплыл вперед в молочно-белом фосфоресцирующем тумане. Течение несло его на риф. Он ушел под воду и, стремительно оттолкнувшись ластами, мягко скользнул в сводчатую пещеру, которую называли Неф.

Пещера, казалось, уходила в бесконечность. Косые лучи проникали сюда, отражаясь от кораллов причудливых форм, дробились и окрашивались в разные цвета, усиливая иллюзию того, что путешественники плывут внутри гигантского затопленного собора.

До цели оставалось еще далеко, но цвет воды начал мало-помалу меняться, и через несколько минут Гарри оказался в сильном водовороте. Аквалангисты приближались к выходу в канал.

Гарри всплыл и сразу увидел буек – красный шар качался на волнах ярдах в трехстах от него. Быстро сверившись с компасом, он снова скрылся под водой. Моррисон и Орлов поджидали его. Он махнул им рукой и поплыл вперед.

Море ошеломляюще стремительно менялось: серая дымка исчезала на глазах, и видимость в прозрачной зеленоватой воде стала превосходной. Левый склон рифа круто уходил вниз. Мэннинг плыл вдоль него все дальше и дальше, распугивая бросавшихся врассыпную рыб.