– Впрочем, сначала тебе нужно вылечиться, а потом решим. 

Это ее вполне устроило, она радостно закивала головой и замахала руками, пытаясь не кашлять. Ей постелили на кухне, где было тепло и спокойно, и будто забыли про нее. 

Шади быстро пошла на поправку, потом взялась помогать служанкам, а потом как-то незаметно оказалось, что она стала в кухне главной. Женщина умела быстро принимать решения и умела ладить со всеми. Несмотря на свою нелегкую жизнь, она оставалась спокойной во всяких ситуациях. Она быстро заметила, что Наймирэ ее не любит, хотя к прочим служанкам относится довольно спокойно, и, хотя не понимала, в чем дело, старалась не попадаться жене хана на глаза. 

Таман же, напротив, ей очень нравился. Он был всегда приветлив, действительно интересовался, всё ли у нее в порядке, никогда не повышал голос на женщин, хотя с мужчинами бывал и язвителен, и груб. Шади часто замечала его внимательные взгляды, и сердце ее начинало биться - к такому мужчине она была готова пойти и наложницей. Тем более, Наймирэ ждала очередного ребенка, у нее уже был большой живот и даже походка стала утиной.

 В один день Шади сама подошла к хану и сказала: 

– Мой господин, я хочу служить вам.

 - Ты и так служишь мне, - рассеянно ответил Таман.

 Шади потянула его за собой в одну из пустующих комнат и принялась раздеваться - совершенно непосредственно и ничего не стыдясь. Хан молча наблюдал за ней, приподняв брови. Шади была умна и чувствовала, что если заговорит - то всё испортит, хотя сказать бы ей хотелось многое. 

Но она только откинула за спину длинные косы, вплотную подошла к мужчине и расстегнула его елек и стащила с плеч. Таман не сопротивлялся, но и не помогал ей, только женщина уже понимала, что победила. И когда она опустилась на колени, чтобы снять с его ног сандалии, мужская рука опустилась на ее волосы, скользнула к косам, намотала их на руку и потянула вверх. Мужчина развернул ее и толкнул грудью в стену, не отпуская ее волосы. 

– -- 

Таман и Исхан - братья, сыновья одного отца. Исхан младший, привык брату во всем повиноваться. Хан ценил его и за верность, и за сообразительность, и за легкость на подъем. Прикажешь - и Исхан вскочит на коня и помчится хоть в Славию, хоть в Галлию. А Хариз, тот другой. Харизу нужно все по полочкам разложить, но он все равно придумает сто причин, почему план никак не сможет быть выполнен. И это тоже хорошо. Хариз обычно подготовлен по всем неприятностям. У Тамана много братьев, но именно эти двое стали ему самыми близкими людьми. 

Сегодня Исхан ужинал во дворце. Шади принесла хану и его брату овощи и мясо и неслышно удалилась. Младший степняк проводил ее глазами. 

– Эта девочка, Шади...
– сказал Исхан старшему брату.
– Она на твою Милославу похожа. Хочешь взять ее второй женой? 

– Что?
– изумился Таман.
– Нет! Вторая мне ни к чему. Да и не похожа она ни сколько.

 - Да похожа, - отмахнулся Исхан.
– Хорошая она. Хозяйственная. Не то, что Наймирэ, которая только и умеет детей рожать. Хотя дети - тоже хорошо. Сам понимаешь... 

Исхан помрачнел. Его жена год уже как умерла родами. Другую он не брал, некогда ему было присматриваться к женщинам. А Шади ему глянулась. Сразу видно, и домом управлять умеет, и неприхотливая, и не девчонка уже, знает, что к чему. Одевается скромно, всегда спокойна. Он бы и забрал ее в свой дом, да только вряд ли Таман отпустит. Дураку понятно, что он в ней нашел. 

А хан сидел оглушенный. Ему и в голову не приходило, что он видел в Шади совсем не степнячку. Сейчас вдруг сходство действительно бросилось в глаза: и косы эти, и рост, и тонкие кисти рук, и особенно то спокойствие и горделивая стать в каждом движении. 

– Так что, отдашь?

 - Что?
– переспросил он брата, тряся головой.
– Что ты спросил?

 - Говорю, отдай мне Шади. Я ее в жены возьму. Пусть моих детей растит. Если она тебе не нужна... 

– Не нужна, - подтвердил Таман. 

Женщина вмиг стала ему ненавистна. И ласки ее, и покорность - лишь самообман, глупая замена того, что могло бы быть, но увы, никогда не случится. 

– Забирай, - отрывисто сказал он Исхану.
– Видеть ее не хочу. Ребенка только отдашь. 

– Какого ребенка?
– моргнул Исхан. 

– Моего. Беременная она. Как родит, так отдашь. Или не хочешь теперь? 

– Хочу, - пожал плечами брат.
– Она же уже была чьей-то наложницей. Да и я не первую жену беру. А теперь еще и знать буду, что она не бесплодная. 

Шади стояла за дверью ни жива ни мертва. Сердце ее билось где-то в горле. Она понять не могла, отчего слезы струятся по лицу. Ведь для нее, нищей девчонки из дальнего стана стать женой брата хана было невероятной удачей. Да не второй женой - единственной! Таман ее даже наложницей не назвал, а Исхан хозяйкой в дом берет! Наверное, за такое счастье отдать своего первенца другой женщине - невелика цена. Она молода еще, будут другие дети, да даже если и не будет - у Исхана уже есть сыновья, он не будет ее попрекать. Только отчего же в груди огнем жжет, отчего она задыхается, словно снова заболела? Ведь любить своего хана не стыдно.