– Я пошлю за Аязом, - поднялся Таман.
– Он отвезет тебя к Виктории. Пожалуйста, будь с ним помягче. Ему и так сейчас тяжело. Не надо вот этого твоего "я леди Оберлинг, а ты ничтожество, вставшее у меня на пути".

Милослава недоуменно посмотрела на Тамана и вдруг расхохоталась. Хан прикрыл глаза и проклял всё на свете: и ее, и звездное небо над головой, и свое тело, мгновенно отреагировавшее на эту женщину. А потом она спала на улице, так и не зайдя в шатер, даже когда он поклялся, что не тронет ее; спала, вздрагивая и ежась во сне. Таман чуть слышно трогал ее волосы и сжимал зубы, осознавая, что это самая большая близость, которую он может себе позволить.

Среди ночи он не выдержал, разбудил Хариза, велев охранять ее, а сам вскочил на коня и сломя голову помчался в Ур-Таар к Наймирэ. Жена как всегда спала в одной комнате с детьми: он всегда ругал ее за это. Хан прокрался к ней, стараясь никого больше не разбудить, положил руку на теплое женское плечо и, едва она открыла глаза, прошептал:

– Ты мне нужна.

Наймирэ никогда с ним не спорила. Она тут же поднялась, прикрыла одеялом Шурана и последовала за ним в его покои.

– Подожди, - коснулась она его руки.
– Я приду через минуту.

У Эмирэ, ее главной помощницы, была своя комната. Она разбудила ее и велела лечь с малышами, чтобы они не испугались, когда проснутся.

Когда женщина зашла в спальню мужа, тот стоял у окна, ссутулившись. Наймирэ подошла к нему, обвила его талию руками, положила голову ему на плечо.

– Что случилось, любимый?

– Милослава приехала, - глухо сказал Таман.

Наймирэ стало очень страшно: она ждала приезда Милославы не меньше, чем он.

– Почему ты здесь, а не с ней?
– дрожащим голосом спросила она.

– Ты нужна мне, - ответил муж, сжимая ее в объятиях.
– Ты меня не бросишь?

– Я останусь рядом, даже если ты приведешь ее в свой дом, - просто сказала Наймирэ.
– Я без тебя умру.

– Не приведу. У меня только одна жена, и это ты.

Женщина в его объятьях вздрогнула всем телом и прижалась к нему еще плотнее. Она не знала и не хотела знать, что произошло между ее мужем и Милославой, но была сейчас ей искренне благодарна.

– Тебе надо поспать, - прошептала Наймирэ.
– Опять как загнанная лошадь. Ложись.

– Мне надо вернуться. Там овцы...

– Справятся и без тебя. Хариз прекрасно тебя заменит. Спать.

– Ты ляжешь рядом?
– отчего-то она была ему сейчас нужна как воздух.

– Если ты пожелаешь.

– Пожалуйста, - прошептал Таман, ловя ее руку и переплетая их пальцы.
– Будь со мной.

Она легла рядом с ним, уткнувшись в его плечо. Таман уснул мгновенно, а Наймирэ еще долго утирала слёзы и улыбалась в темноту, про себя благодаря степного бога за приезд Милославы.

Конец