— Кто-нибудь еще пострадал во время взрыва?

— Нет.

— Это предназначалось для убийства?

— Насколько мы можем судить, но бомба дала сбой. Взорвалась рано.

— Кто-то действительно пытался нас взорвать. Интересно…Я заходила в твой офис в поисках скотча. Обычно я туда не хожу.

Его ноздри раздуваются.

— Это могло послужить толчком.

— Значит, в твоей организации произошла утечка информации, и кто-то хочет тебя убить, — говорю я дрожащим голосом. — Или тебя, и меня?

— Ты была внимательна там внизу.

— Я не так глупа, как ты думаешь. — Я почти смеюсь. Или плачу. — По крайней мере, я надеюсь, что нет.

— Детка…

— Не деткай мне.

Он делает глубокий вдох и проводит рукой по волосам. Последние несколько месяцев он был так занят, что волосы стали длиннее, чем обычно. Давно пора было подстричься.

— Я никогда не считал тебя глупой, Бетти.

— Нет. Просто отчаявшейся.

Он молчит. Ага, очень громкое подтверждение. Не то, чтобы мне это было нужно.

— Ну и что дальше? — спрашиваю я.

— До тех пор, пока мы не сможем определить, кто сливает информацию, мы не будем знать, являюсь ли целью только я. Однако, это имело бы наибольший смысл.

— Если только они не хотели убить меня, чтобы причинить тебе боль. Хотя тебе это не навредит, правда?

Его губы слегка сжались.

— Учитывая, что я хладнокровно душил последнего человека, который причинил тебе вред, думаю, мы можем предположить, что меня это хоть немного волнует.

— Немного. Это очень мило с твоей стороны. — Я сажусь на край огромной кровати, пытаясь успокоить нервы, усталость и боль. Чего бы я только не отдала за Тайленол или что-нибудь покрепче. Может быть, бутылку лечебной водки. — И что теперь будет?

— Теперь мы затаимся, чтобы посмотреть, что нароет Барсук в этих гребаных компьютерах. Пока мы здесь в безопасности.

— Барсук. — Я фыркаю. — А Выдра здесь есть?

— Насколько мне известно, нет.

— Ты и твои друзья — настоящий гребаный зоопарк.

Последовавшая за этим тишина густая и тяжелая. Совсем не удобно. И подумать только, я планировала провести свою жизнь с этим человеком. Этим незнакомцем.

— Она назвала меня и нашу совместную жизнь твоим прикрытием. Ты шпион или правительственный агент?

— Что-то в этом роде.

— Боже мой, ты что, предатель?

— Нет, Бетти. Те, на кого я работаю…Это международная группа, занимающаяся тем, чтобы все было как можно проще. Это все, что я могу сказать.

— И этих людей ты убиваешь ради них?

Возникает небольшая пауза, прежде чем он отвечает.

— Когда это необходимо. Было несколько действительно опасных людей. Но в других случаях я просто собираю информацию. Каждая работа отличается от другой.

— Но обычно они предполагают, что ты притворишься тем, кем не являешься, верно? Будешь лгать людям?

— Да.

— Хм. У тебя это очень хорошо получается. — Я внимательно наблюдаю за ним. — Так ты делаешь это ради блага человечества или ради денег?

— А не может быть и то и другое? — спрашивает он ровным голосом. Новый Том скользкий.

— Что ты имел в виду, говоря, что моя жизнь зависит от того, что я ничего не скажу о том, что ухожу от тебя?

— Теперь ты знаешь слишком много. Единственное, что удерживает тебя в живых — это то, что они думают, что ты предана мне, а я предан тебе. Если эти убеждения изменятся, они пересмотрят свои расчеты соотношения риска и вознаграждения, чтобы сохранить тебе жизнь.

— Я знаю только, что вы называете себя в честь животных и подчиняетесь какой-то таинственной организации, именуемой «они».

— Этого достаточно.

— Просто смешно, что «они» хотят моей смерти только за то, что знаю об этом. — Мне хочется бить его кулаками. Кричать и выть от ярости. Может быть, позже, когда у меня будет достаточно сил. — Том Ландж — это вообще твое настоящее имя?

— Меня зовут Том.

— Но Ландж — не твоя фамилия.

— Нет. — Он замолкает. — Почему ты хотела уйти от меня?

— Не все ли равно, почему я пыталась тебя бросить, раз уж мы, очевидно, застряли друг с другом?