— За стойкой раздевайся, — сказала медик.

Зашёл за стойку и стал снимать комбинезон. Лана вместе с Садо рылись в шкафу. При этом Лана совсем не доброжелательно посматривала на медика. Медик отвечала ей тем же. Когда я разделся по пояс, медик прекратила поединок взглядов и пришла ко мне за ширму. В щелочку я видел, что Лана с Садо уже нашли мой скафандр и стали осматривать его.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила медик и резко оторвала повязку у меня на груди.

При этом я выругался на непонятном языке.

— Что ты сказал? Я не поняла? — спросила медик, осматривая моё ранение.

— Сам не знаю, — промычал в ответ.

— Говори нормально, я тебя не понимаю.

— Он немой, Шана, — услышал я голос Садо.

— Почему немой?

— Не знаю.

— Хотя ты и немой, Отпуск, но живучий. Ты должен ещё неделю в реаниматоре отдыхать и, если бы ты не стоял рядом сейчас, ни за что бы не поверила, что такое возможно.

Она надела на голову обруч с двумя фонарями и посветила мне в рану. Когда она резко сдёрнула повязку, из ранения потекла кровь. Она осмотрела рану и сделала мне укол с помощью странного аппарата. После чего извлекла что-то из раны и обработала места ожогов синей жидкостью. Закончив с этим, наклеила новую повязку.

— Удивительно, Отпуск, как быстро на тебе всё зарастает. Скоро ты будешь как новенький, — сказала она, не отвлекаясь от ранения.

— Очень хотелось бы.

— На других бы так быстро ранения зарастали, — она закончила наклеивать новую повязку. — Всё, Отпуск. Через несколько дней зайди ко мне, я тебе снова заменю повязку, а то твоя подружка не заботится о тебе совсем.

Здесь я понял, что докторша играет с огнём, судя по тому, как зло сузились глаза у Ланы, а одна из рук опустилась на пояс, где у неё находились ножи скрытого ношения. Она обиделась на такое замечание докторши. Пришлось сделать шаг вперёд и закрыть собой докторшу, чтобы Лана не сделала глупость.

Лана с Садо тем временем уже закончили осматривать мой скафандр. Садо исследовал другие скафандры, находящиеся в шкафу, а Лана извлекла из моего скафандра всё то, что сама сложила в небольшой рюкзак на спине. В основном это были различные вещи, что мы забрали из карманов убитых пиратов. Их стоимость и предназначение оставались для меня полной загадкой, но раз Лана их забрала, значит эти вещи имели какую-то ценность.

После медсекции мы отправились в оружейку, где между ними продолжился длительный торг насчёт стоимости оружия и скафандров. В итоге Лана отдала два скафандра и четыре винтовки, чтобы выкупить собственный скафандр и оружие, что она выбрала для себя. Мой скафандр она решила не выкупать. Впрочем, я посмотрел на него и поддержал её решение. В нём оказалось совсем не две дыры, а больше, и сколько будет стоить его ремонт — не понятно. Кроме того, я не знал, нужен мне скафандр или нет. Попасть в абордажники мне пока не грозило в силу возраста. Садо сказал, что туда берут с восемнадцати лет и ни днём раньше.

Увешанные скафандрами и оружием мы отправились на станцию. Оружие без проблем мы продали в оружейной лавке, скафандры пиратов выкупили в ремонте скафандров. У нас осталась только небольшая куча непонятных вещей, собранных по карманам пиратов. Лана все это вывалила на пол каюты и стала рассматривать.

— Здесь нет ничего дорого, — сказала она после того, как больше часа рассматривала трофеи.

Сам я не понимал, для чего это нужно. Посмотрел только одну фигурку, вырезанную из непонятного материала. Фигурка легко умещалась на ладони и напоминала непонятного зверька с тремя ушами и двумя хоботами.

— У коллекционеров может дорого стоить, — сказала Лана. — Вот только нет здесь таких.

— Вот это дорого?

— Да, но здесь не продать. Не знаю, что делать. Денег на перелёт у нас не хватает, а капитан транспортника не хочет уступить в цене.

— Значит, нужно договариваться с флотскими.

— Попробую.

Она долго беседовала с капитаном «Мстительного».

— Договорилась! — радостно сообщила она после окончания.

— Когда вылетаем?

— Он сам ещё не знает. Нам нужно перебираться на корабль и придётся защищать его в случае нападения.

— Опять?

— А по-другому капитан не соглашался.

— Понятно.

Мы быстро собрали вещи, попрощались с Элен и перебрались в каюту на «Мстительном». На следующий день корабль отстыковался от станции и начал разгоняться для прыжка. Я с помощью Ланы подключился к наружной камере наблюдения и следил по планшету, как разгонялись корабли. Впереди разгонялся транспортник, по бокам у него располагались два небольших. За транспортником корабль СБ. «Мстительный» оказался самым последним и самым медленным. Он постепенно отставал от остальных кораблей.

— Лана, нам достался самый медленный из кораблей, — она, как и я, наблюдала за разгоном.

— Он повреждён и из-за этого, скорее всего, отстаёт.

— Нужно было выбрать что-то побыстрее, а то этот отстаёт от остальных.

— Остальные тоже с повреждениями, как и этот, и нам некуда спешить. Он разгонится постепенно и прыгнет.

Вчера я почитал в сети о том, как осуществляются прыжки в гиперпространстве. Ничего не понял. Сейчас было очень интересно, как это происходит.

— Внимание, боевая тревога! Всему экипажу занять места согласно боевому расписанию, — взвыли сирены.