Черт, голова болит, желудок совсем пуст и еще… я переспала с Эшем. Черт. Черт. Черт. Плетусь в ванную, включаю воду и смотрю на себя в зеркало. Хорошо, что я не красилась, но лицо бледное и нездорового серого оттенка, под глазами синие тени, а губы потрескались. Становлюсь под теплую воду и не двигаюсь примерно пять минут, а может больше.

«Я переспала с Эшем Кервелом. Обкурилась, напилась и трахалась с ним». Сглатываю, беру мочалку и наливаю гель, начиная тереть тело.

Шлюха.

Я чувствую себя грязной.

Грязной и отвратительной.

И ненавижу себя.

Я так тру кожу, что становится больно, а на ней появляются красные пятна.

— Вот черт… — сползаю по стене и упираюсь головой о плитку кафеля. Слезы смешиваются с водой. Начинаю задыхаться и закрываю рот ладонью, осознавая, что я наделала.

Все это время я была только с Крисом, и теперь кажется, что предала его. Перечеркнула то, что между нами возникло: связь, чувства…. надежду набольшее. Я все испортила. Меня душит и, кажется, что я сейчас задохнусь. Горло сжимают тиски, а из груди вырываются болезненные стоны. Внутри так паршиво, что хочется кричать. Я опускаю голову на колени и всхлипываю.

«Дура. Какая же дура».

Вода продолжает течь по телу и смывать то, что сделала ночью. Хотя, я уже никогда не смою это клеймо.

Выключаю ее и выхожу из ванной. Эш спит, что к лучшему: не представляю, что бы говорила и как объяснялась. Быстро натягиваю разбросанное белье, платье и выхожу. Захожу в свой номер и хаотично начинаю кидать вещи в чемодан, судорожно бегая по комнате.

— Вот черт…

Я переодеваюсь, натягивая джинсы и свитер, сушу волосы и вылетаю из отеля, ловя сразу же такси.

— В аэропорт.

*песня, которую поет Меган Веве — Cocaine

Нью-Йорк, США

Всякий раз, когда мы сворачиваем доллар трубочкой, мы душим президента.

Мэрилин Мэнсон

Я влетаю в свою квартиру и хлопаю дверью так, что, кажется, по стенам трещины разойдутся. Кидаю чемодан и падаю на кровать, прижимая подушку к гудящей голове. Таксист так странно смотрел, будто я наркоманка и у меня ломка последней стадии; а в самолете я съела две порции лазаньи и салата, причем на калории было совсем плевать, как и на ведьму Микаэллу, которая может убить за пару лишних грамм — голод оказался зверским.

Вздыхаю и поворачиваюсь на спину.

— Вот черт…

Кажется, это слово я повторила сегодня раз сто, а то и двести, не меньше. В голове четко вспыхивает лицо Криса и ночь на пляже. Но почему, почему сейчас, когда уже все произошло и ничего вернуть нельзя? Почему у меня нет заветной лампы и Джинна, исполняющего три желания? Почему я в тот момент не подумала своей глупой головой? Сейчас бы не грызла совесть так, что хотелось кричать от безысходности.

— Черт…

Повторяю это снова и снова — слово дня. Укрываюсь одеялом с головой и тяжело вздыхаю.

Эш Кервел не входил в планы, и секс с ним — тем более. Но самое отвратительное то, что мы делалиэтораза три… или, может, четыре? Я переворачиваюсь с боку на бок, отчаянно вспоминая события ночи-ошибки. У него оказалось только три презерватива (Аллилуйя!), и после третьего раза мы оба отрубились (Аллилуйя в кубе!!!). Закрываю лицо рукой и разочарованно стону. Почему я такая дура? Ну почему? И почему нельзя отмотать время назад хоть разочек? Никогда прежде ненавидела себя, как сейчас: в голове зудит голос Марии Бринк* и песня «Whore»*, которая подходит в этой ситуации более чем кстати. Сколько раз такое происходило раньше, но я ни разу не мучилась угрызениями совести, а сейчас — сама себе противна. Трава, мартини и даже Эш Кервел (УБЛЮДОК) тут ни при чем. Я сама должна была остановиться и не переходить черту, но не сделала этого. Мой телефон звонит, в который раз за последние несколько часов — и снова неизвестный номер. Наверное, это Эш. Отключаю звук, прибавляю громкости на айподе и засыпаю под орущую Марию Бринк.

***

На следующий день с утра пораньше приходит Энди. В последнее время мы с ней не так часто видимся. Она входит и встревоженно оглядывает меня, стягивая пальто и шапку.

— Что с тобой? Ты такая бледная. Заболела что ли?

Энди отдает картонную подставку с кофе из Старбакса, и мы идем на кухню.

— Ты вчера прилетела? — спрашивает подруга и присаживается на стул.

— Да.

— И почему не позвонила?

— Я проспала почти весь день, — отвечаю и беру в руки стакан с кофе. Он еще горячий.

— Ладно. Рассказывай, что с тобой. Я же вижу, что-то случилось.

Кладу руки и голову на стол.

— Я переспала с Эшем Кервелом, — произношу убитым голосом.

— Что-о-о?! — кричит Энди и даже подпрыгивает на стуле, чуть не расплескав кофе, но потом берет себя в руки и спокойно уже говорит: — И-и-и… ты с ним переспала… но тебе не понравилось? Он плох в постели или что?

Да уж. Как это рассказать Энди, я не знаю. Может вообще не стоит ничего говорить?

— Просто этого не было в планах, — объясняю ей и смотрю в одну точку на стене. Я же сказала правду? Да.