Зайдя в дом, я увидела их вдвоем – сына-вурдалака и его ведьму-мать. Их вид сейчас внушал мне ужас, у меня дрожали руки, ноги отказывались идти. Передо мной сидели мертвецы, которые болезненно и страстно держались за свою ненастоящую "жизнь". Сейчас они смотрели на меня жадными глазами, как на ту, которая может безропотно отдать им последние капли крови…

"Соберись, соберись, тряпка! Ты смелая, сильная, ты справишься. Не дай страху погубить себя, нужно перестать бояться…" – так говорила я самой себе, пытаясь унять неконтролируемую дрожь в теле.

– Ну здравствуй, Наталья, – сказала Аврора, зазвенев браслетами на руках и выпустив в мою сторону едкий табачный дым.

Сейчас я убедилась, что Аврора точно такая, какой я увидела ее в зеркальном отражении тогда, в ее полутемной городской квартире. Ее тело больше напоминало скелет, так сильно кости обтянула высохшая желтая кожа.

– Где ты была? – спросила ведьма, втягивая носом воздух, словно принюхиваясь, ее подслеповатые глаза смотрели куда-то поверх меня.

– Я гуляла по лесу, – ответила я, пытаясь придать своему голосу бодрый тон, – если бы знала, что у нас будут гости, то вернулась бы пораньше.

Ян встал и медленно подошел ко мне. Он пристально посмотрел мне в глаза, и по его взгляду было понятно, что он мне не верит. Дотронувшись до моих волос, он достал из спутанных прядей веточку водоросли.

– Аврора не гостья, – задумчиво сказал он, – она здесь хозяйка. Аврора – моя мать.

Я сделала вид, будто удивлена, на самом же деле, в тот момент я думала, что делать дальше. Я беззащитна перед ними, если прямо сейчас они решат меня убить, то я вряд ли смогу спастись. Мне нужно заставить Яна выпить мою кровь, но как это сделать в присутствии ведьмы? От внезапного прилива паники, моя спина покрылась холодным потом.

– Ян, пойдем спать? Поздно уже. Да и Аврора, наверное, устала с дороги, – сказала я, глядя в мертвые глаза мужчины.

– Иди, Наталья, я приду позже. Соскучился по матери, хочу вдоволь наговориться с ней, – ответил Ян и сел за стол.

Старая ведьма улыбнулась своим страшным оскалом и вновь взяла в руки дымящуюся трубку.

Я прошла в свою спальню, легла прямо в одежде на кровать и закрыла глаза, притворившись спящей. Спустя какое-то время я услышала громкий спор на кухне, а потом Ян и Аврора подошли к моей комнате и остановились в дверях. Я замерла, едва дыша, приготовившись к худшему.

– Она была у нее… Я чую озерный смрад, – шептала Аврора, – не трогай ее, сынок, прошу тебя, я сама расправлюсь с ней завтра.

– Все это бредни, мама! Старая Водяниха уже давно не может отравлять воды озера! Наверняка, она уже сгнила там, на его дне, – ответил Ян дрожащим от возбуждения голосом.

До меня донеслись копошащиеся звуки. Видимо, Аврора всеми силами старалась удержать своего ненасытного сынка, а он яростно сопротивлялся.

– Не держи меня! Мне нужна ее кровь, мама, – закричал Ян, – я с нетерпением ждал этого момента, когда смогу выпить все до последней капли! Ты же знаешь, что значат для вурдалака последние капли крови. Они самые сладкие… Я так долго ждал, когда силы этой девчонки достанутся мне! Я больше не могу ждать. Я не могу бороться с собой, не пытайся меня остановить!

– Нет, Ян! Нельзя! – ведьма вцепилась в сына, пытаясь остановить его, но он одним движением отшвырнул ее в сторону.

Аврора застонала и обмякла у стены, но он даже не обратил на это внимания, сейчас в нем не осталось ни капли человеческого, он был истинным вурдалаком – мертвецом, которому нужна лишь кровь, и ничего больше.

Ян подошел ко мне, схватил за плечи, приподнял над кроватью и вонзил острые зубы в мою воспаленную шею. От неожиданной, острой боли я закричала, но сопротивляться не стала, лишь схватилась руками за его плечи. Вурдалак по своей воле пил отравленную кровь. На самом деле это была вовсе не кровь, а вода – озерная, проклятая, мертвая.

Он был ненасытен. Я чувствовала, как по моей шее текут за шиворот теплые капли и морщилась от этого неприятного ощущения. Вскоре я почувствовала, как тело Яна обмякло. Он отпрянул от меня, и его окровавленное лицо исказила страшная гримаса боли.

На моих глазах с его тела, рук и ног начали отваливаться куски кожи, обнажая гниющую плоть, которую изнутри уже пожирали белые черви. Вурдалак взвыл от боли, и из его горла хлынула мутная вода. Она лилась прямо на пол, заливая его распухшее тело, отчего оно плавились и таяло, как будто это была не вода, а горячая лава. Месть Водянихи поистине была ужасной…

Аврора, услышав страшный рев своего единственного сына, бросилась к нему на помощь, но ничего не могла поделать. Она даже не могла подойти к Яну – все вокруг было залито мертвой водой. Вурдалак бился в страшных конвульсиях, и тело его распадалось на части. Когда он с грохотом рухнул на пол – голый скелет с обглоданной червями плотью – старуха взвыла, закрыв крючковатыми пальцами лицо.

– Глупый! Я же предупреждала тебя, сынок! Но ты никогда меня не слушал, никогда…

Воспользовавшись ее растерянностью, я распахнула окно, выпрыгнула на землю и побежала в лес, не разбирая дороги. В какой-то момент я столкнулась с человеком, спрятавшимся в еловых ветвях, отскочила в страхе и, не разобрав, кто стоит передо мной, начала размахивать руками в разные стороны, чтобы отбиться от преследователя.