Ответ на этот вопрос найти совсем легко человеку, решившему самостоятельно, собственными руками соорудить радиоприемник, фоторужье, звукозаписывающий аппарат или даже простой комнатный вентилятор. Слов нет, все эти предметы можно купить в готовом виде, заводы-изготовители даже дают гарантию надежности. Но совершить такую покупку — значит, начисто лишить себя удовольствия, которое получает человек от самого процесса технического творчества. Немаловажное значение имеет и то, что любая изготовленная собственными силами вещь обходится вдвое, а то и втрое дешевле покупной. Отсюда вывод: делать самому! А из чего делать, где достать материалы? Вот для этого и существует «Пионер».

Часть деталей можно приобрести в самом магазине. А остальное, причем весьма существенное, покупается с рук, в толпе у магазинного входа. За умеренную, весьма умеренную цену тут можно приобрести любые радиолампы, батареи, трансформаторы, линзы, провода самого различного сечения, конденсаторы, плексиглас, электромоторы, бобины, магнитофонную ленту и многое-многое другое. Ассортимент товаров тут необычайно широкий при неизменно отличном качестве. Предлагать покупателю туфту здесь не принято.

Но сегодня Гоше что-то не везло, он никак не мог подобрать себе электромоторчик к кинокамере для подводных съемок. Волей-неволей ему пришлось ждать Рыжего — по его словам, студента автодорожного института.

Он обещал достать нужный электромотор и принести к «Пионеру». Гоша уже собирался уходить, как вдали на тротуаре показалась долговязая фигура Рыжего. Гоша пошел ему навстречу.

— Ну как, достал? — спросил он.

Рыжий замялся.

— Понимаешь, кореш подвел. Обещал принести в общежитие и не пришел. Ты уж извини, завтра я сам к нему наведаюсь. Завтра здесь будешь?

— Буду. В это же время.

— Тогда считай, что мотор у тебя в руках.

Они расстались, но не успел Гоша сделать несколько шагов к переходу через улицу, как его окликнули:

— Слушай, друг!

Гоша вернулся.

— Ты куда сейчас? — спросил Рыжий.

— На Маяковку, к метро. А потом на вокзал, — немного удивленно ответил Гоша.

— У меня к тебе просьба. Будь другом, заверни за угол, подойди к комиссионке. Может быть, кто-нибудь налетит на эту вещичку…

И Рыжий протянул Гоше миниатюрный японский транзистор.

— Понимаешь, — пояснил он, — до стипендии еще далеко, а в кармане ни пенни. Вот и приходится ликвидировать движимое имущество. Я бы и сам подошел, да позарез в один дом поблизости нужно зайти. Уже опаздываю.

— Ладно, — сказал Гоша, — попробую.

— Вот и выручил, дружище, — просиял Рыжий. А потом, согнав с лица улыбку, добавил: — Цена машинки — сто шестьдесят. Дешевле не отдавай.

Когда Гоша приблизился к комиссионному магазину с перекинутым через плечо приемником, его сразу же окружило несколько человек. Новенький транзистор их явно заинтересовал, а когда узнали, сколько стоит, то сразу же отошли. Один даже сказал:

— Поезжай, парень, в слаборазвитые страны, там свою цену возьмешь. — Остальные захохотали, и Гоша понял, что эти люди не покупают, а перепродают.

«Какого черта я связался с этим Рыжим? — с досадой подумал он. — Теперь настоишься здесь!» Но настоящие покупатели нашлись быстро. Ими оказались два щегольски одетых, явно состоятельных парня. Они повертели в руках приемник, несколько раз переключили волны, послушали и спросили:

— Сколько хочешь за эту игрушку?

— Сто шестьдесят.

Парни обменялись между собой несколькими непонятными фразами, и один из них отсчитал деньги. Гоша поспешил к метро. Когда он вошел в вестибюль, то увидел около касс Рыжего.

— Ну вот, я уже управился, — сказал Рыжий, кося глаза в сторону. — Состоялась сделка?

Гоша молча передал Рыжему деньги. Тот пересчитал их и, сунув Гоше десятку, побежал к выходу. Уже у дверей он обернулся и крикнул:

— Спасибо, дружище! Завтра жди меня возле «Пионера»!

Запрятав десятку поглубже в карман, Гоша проворно сбежал по эскалатору. И потом всю дорогу до Галаховки думал о ней, прикидывая, на что ее истратить. Сумма в десять «рэ», как любил говорить Гоша, выплыла совершенно неожиданно и вносила известную путаницу в его финансовые расчеты. Все необходимые для текущих поделочных работ расходы были запланированы у него заранее, аккуратно расписана каждая копейка как из собственной стипендии, так и из добровольных дедушкиных ассигнований. Беспорядка в денежных делах Гоша не терпел. И эту рано пробудившуюся в нем хозяйственную жилку еще давно заметил дед.

Однажды утром, когда внук собирался в школу, Фотий Георгиевич незаметно заглянул в его комнату и увидел следующую картину. Гоша сидел за своим столом и что-то шептал. Дед прислушался.

— На эту копеечку, — как бы размышляя вслух, нашептывал внук, — я куплю ириску, на эти две — чай, пятачок — за булочку. А три копейки оставлю на завтра…

Тихо позвякивали перекладываемые с места на место медяки. Фотий Георгиевич, стараясь не потревожить Гошу, удалился на цыпочках. И подумал, что вырастет его внук не мотом, не расточителем, каких теперь немало среди молодежи, а человеком, умеющим ценить деньги.