Монстр исчез. На полу лежал, распростершись, мистер Риввин. Раскинув руки в стороны, он уставился в потолок.

Молодой человек судорожно заморгал, словно пытался разглядеть что-то в потемках под сводами или же намеревался вытряхнуть из глаза соринку.

Банкирша с улицы Мэпл бросилась к нему, опустилась на пол рядом и положила его голову себе на колени.

— Вы все еще здесь? — спросил мистер Риввин, переведя свой взгляд на нее.

— Конечно, — ответила женщина. Ее веки покраснели, по щекам текли слезы…

— Вас не испугал мой вид?

— Вы еще мою семейку не видели, — невесело улыбнулась мадам и чуть приподняла полу сюртука мистера Риввина — шарф был весь в крови, к первой ране добавились еще две.

— Кажется… кажется, я умираю, моя милая банкирша с улицы Мэпл, — негромко проговорил мистер Риввин и закрыл глаза. Его костюм стремительно намокал от крови, кругом растекалась вязкая черная лужа…

— Финч! — воскликнула Арабелла. — Что ты делаешь?!

Мальчик ее не слушал. Спотыкаясь и держась за стены, он двинулся к двери комнаты Скрипуна. Добравшись до нее, он схватился за дверной косяк и исчез внутри.

В комнате никто так и не обратил внимания на схватку в коридоре. Гелленкопф, вероятно, думал, что его приспешник расправится со всеми, кто рискнет ему помешать.

— Тебе нравятся мои перья? Это — все для тебя, Клара, — хвастливо говорил Гелленкопф. — Но кое-что я оставлю для проклятого Песочного Человека. Вы забрали у меня почти все, но эти жалкие крохи… их хватит. Пока я не верну себе свое сердце…

Гелленкопф держал мадам Клару за горло перед собой. Зонтик его висел рядом в воздухе, словно поддерживаемый невидимой рукой.

Усмехаясь, Гелленкопф просунул большой палец в рот мадам Клары и резко дернул им в сторону. Ноготь разрезал ее щеку, как нож, и вырвался на свободу. Лицо мадам Клары залило кровью. Она дернулась и повисла в руках мучителя.

Финч наклонился и нашарил в куче черных перьев револьвер. Поднял его…

На его глазах выступили слезы ненависти. Он не собирался больше угрожать или вообще хоть что-то говорить.

Финч просто нажал на спусковой крючок.

Раздался грохот, которого мальчик не ожидал от этой крохи, револьвер дернулся из ладони, словно обезумев, но Финчу удалось удержать его в руке.

Эхо от выстрела стремительно умирало. Все кругом будто застыло в вязком киселе.

Прошел миг… другой…

Гелленкопф разжал пальцы, и мадам Клара рухнула на пол. Сам он повернулся к мальчишке и усмехнулся.

— Неужели ты думаешь, что… — Гелленкопф оборвал себя на полуслове. На его лице появилось недоумение, за ней пришла боль, и в следующий миг — осознание.

Гелленкопф опустил взгляд и увидел круглую дыру в жилетке, из которой, впитываясь в ткань, вытекала черная кровь.

Его рот исказился и раскрылся. Гелленкопф сделал судорожный вдох и… закричал.

Перья в комнате пришли в движение. Подернувшись, будто на ветру, они медленно поползли к Гелленкопфу, постепенно набирая скорость. Добравшись до него, перья начали врастать в его тело, забираясь внутрь через прореху в груди и широко распахнутый рот, словно в две чудовищные воронки.

Собираясь со всех сторон, в какой-то момент они накрыли и Финча. И тогда он буквально на своей шкуре ощутил, что это такое — оказаться в сердце этой перьевой метели. Его било и толкало, швыряло из стороны в сторону, пинало и тащило по полу. И все это одновременно. Он кричал, закрывал голову руками, но даже не слышал собственного крика.

Все закончилось так же стремительно, как и началось. Черная туча словно выплюнула Финча.

Он обнаружил себя лежащим на полу и схватившимся обеими руками за трубу радиатора. Не решаясь разжать пальцы, Финч повернул голову. Туча, словно злобный черный дух, заползала в трясущегося Гелленопфа, и ее последние конечности как раз забирались в его грудь и рот.

Когда последнее перо исчезло внутри Гелленкопфа, он схватил зонтик, резким движением раскрыл его над головой, словно спрятался под ним от снега, и замер. Веки его опустились, рот закрылся. Он прекратил шевелиться и будто превратился в статую.

Финч не стал проверять, что с ним случилось. Он знал, что Гелленкопф жив. Всем своим существом ощущал, что это чудовище не умерло. Оставаться на месте было нельзя, ведь если он очнется…

Отпустив трубы, Финч перевернулся и пополз к распростертой на полу женщине. Оказавшись рядом, он взял ее за руку.

— Мадам…

Клара Шпигельрабераух не могла даже повернуть к нему голову. Ее изрезанное лицо было залито кровью, ужасный кровоточащий шов тянулся до середины щеки, как отвратительная полуулыбка.