Опустила забрало, вытянула рукава, добавила температуру подогрева и сделала вторую попытку выйти на улицу.

Зданий не было. Только небольшие возвышения с чёрными пятнами дверей. Вот почему в помещениях нет окон — жильё подземное. Странный мир.

— Куда нам теперь? — спросила я пространство и получила неожиданный ответ.

— Двигайся прямо, — это подала голос карточка-проводник.

Вышла из ниши и чуть не упала от порыва ветра.

— Ох и погода. Настоящий ад, — проворчала, пробираясь сквозь метель.

— Ад — это же жаркое пламя и грешники, которых в смоле варят, — откликнулся кот, который не любил молчать.

— Кому как. Для меня это ледяная пустыня с холодным ветром без солнечного света.

Слушая советы навигатора, шагала осторожно, боясь оступиться и свалиться в сугроб. Время от времени пережидала порывы ветра, повернувшись к ним спиной.

— «Черный вечер. Белый снег. Ветер, ветер! На ногах не стоит человек. Ветер, ветер — На всем Божьем свете!»

— Ты чего это бормочешь? Молишься, что ли? — полюбопытствовал Филипп из-под куртки.

— Стихи читаю, подходящие ситуации. Александр Блок, «Двенадцать».

«Завивает ветер Белый снежок. Под снежком — ледок. Скользко, тяжко, Всякий ходок Скользит — ах, бедняжка!»

— Поверни направо! — прервал меня механический голос нашего провод

Повернула между нестройных рядов возвышающихся над поверхностью входов и продолжила поход за продовольствием. На улице никого не было видно.

— «Поздний вечер. Пустеет улица. Один бродяга Сутулится, Да свищет ветер…»

— Прибыли к пункту назначения «Продовольственный склад». Заходи! — скомандовала мне карточка и замолкла.

Преодолевая сопротивление ветра, потянула на себя тяжеленную дверь, которую еще и толстая пружина держала. Для демонов, наверное, это легкая разминка, а я упиралась пятками, чтобы приоткрыть узкую щель и прошмыгнуть в неё, пока не прихлопнуло. На лестнице попросила Филиппа временно переселиться в ранец. В помещении не замёрзнет, а мне несподручно всё время его поддерживать под курткой. Вдруг придётся что-то поднять или забрать.

— Рыжик, потеснись немного и притуши свечение. Это ненадолго. В тесноте, да не в обиде, — внушала я своей команде народную мудрость, пока они под ворчание кота устраивались в рюкзаке.

Спустилась в большое, хорошо освещённое помещение, похожее на ангар, заставленный высокими, под самый потолок, стеллажами и полками, заваленными мешками, ящиками, бочками, тюками, коробками. Меньшая часть отгорожена прилавком с кассами, за которыми стоят демоны в чёрной форме. Когда кто-то из них освобождался, над рогами загоралось табло с белой надписью: «Свободно». Очередь двигалась споро, и, даже не успев толком осмотреться, я уже подходила к кассе.

— Уважаемый, я впервые здесь. Порядков не знаю. Что мне надо делать? — обратилась к демону, который явно скучал на рабочем месте. Было видно, что склад, касса, тюки и мешки, людики и суета ему ужасно надоели.

Кажется, то, что я заговорила с ним, было здесь не принято. С любопытством осмотрев меня с головы до ног и сделав какие-то свои выводы, продавец решил развлечься за мой счёт. Я не читала его мысли, но эманации от него шли хулиганистые и ехидные.

— Дай карточку, — получив желаемое, он вставил её в аппарат, и из глубины склада по монорельсе тут же прикатился поддон. — Что брать будешь?

— Свежее мясо, овощи, фрукты… — начала перечислять я.

С каждым произнесённым мною словом у демона зрачки становились все более ромбовидными.

— Ты откуда свалилась?! — наконец выдохнул он.

— С мостика. Шла, упала, очутилась здесь, — опустив подробности, честно ответила я.

— Перечисленные тобою продукты получают только служащие с литерой «А». Твой Кетсыл див Кетсылар проходит всего лишь по категории «С». То есть обслуживается по третьему списку, — и продавец ткнул пальцем в листик, лежащий под стеклом. Перечень был короткий, несмотря на то, что напечатан крупным шрифтом. То есть выбор небогатый.

— Ну что поделаешь… Давай то, что положено, — согласилась я с неизбежным.

Демон демонстративно осмотрелся, поманил меня пальцем поближе и, нагнувшись, прошептал:

— Есть экзотика. Хочешь? — глаза при этом у него светились такими бесенячьими эмоциями, что желание надурить и повеселиться за счет незадачливой людинки было видно невооружённым взглядом. Коллеги его тоже с любопытством посматривали в нашу сторону в надежде на дармовое развлечение. А вот клиенты склада были равнодушны к происходящему вокруг них. По сторонам не смотрели, только вперёд и вниз. Тусклые, серые, как тени.