— Надеюсь, что так и случится, — сказал он.

— Похоже, вы искренне сочувствуете ей.

— Она весьма интересная девочка. И сообразительная… очень сообразительная. Такое впечатление, что она не вполне счастлива, верно?

— Вы правы. Временами с ней приходится трудно.

Он кивнул.

— Правда, в последнее время дела идут лучше, — продолжила я. — Большую роль в этом сыграли вы.

— Мне кажется, ей недостает родителей.

— Да. Очень грустно, когда ребенок оказывается в таком положении, как она. Самый важный в мире человек для ребенка — его мать, а она потеряла ее, не успев увидеть.

— А что за отношения у нее с Ли?

— В сложившихся обстоятельствах ничего лучшего нельзя придумать. Она готова для ребенка на все.

Возможно, она слишком многое спускает ей с рук.

Иногда я волнуюсь за Люси, потому что столь явное предпочтение…

— Люси очень дружелюбный ребенок, правда?. Ее беспокоит это?

— Я не знаю В некоторых вопросах дети очень скрытны. Они не всегда делятся своими переживаниями. Время от времени Белинда напоминает ей, что она — дочь хозяина дома. Происхождение Люси вообще загадочно. Ее мать была полубезумна, а кем был отец, никто не знает.

— И самое странное — ваша опека, чуть ли не удочерение.

— Скорее, в этом заслуга бабушки с дедушкой.

Мне в то время было всего одиннадцать лет. Правда, я сразу приняла решение, что никогда не оставлю Люси. Но все это, несомненно, было бы обречено на неудачу без доброго участия родителей моей матери.

Если бы я не смогла взять Люси с собой, они присмотрели бы за ней в Кадоре. Но когда мы переезжали в Лондон, мой отчим не стал возражать против нее… и с тех пор она живет здесь.

— Если есть причина, по которой у ребенка появляется чувство бесприютности, скорее следовало бы ожидать, что страдать им будет Люси, а не Белинда.

— Люси принимает жизнь такой, какая она есть.

Она знает, что появилась в этой семье необычным образом, но воспринимает меня как близкого человека, а с Белиндой у нее сестринские отношения. Естественно, иногда они ссорятся, но, в общем, любят друг Друга.

Он взял мою руку и крепко пожал ее.

— Мне кажется, вы поступили благородно, взявшись опекать этого ребенка, — сказал он.

— Я ощущала непреодолимое стремление сделать это. И никогда не пожалела об этом.

— А если вы выйдете замуж?

— Я никогда не выйду замуж за человека, который не согласится принять этого ребенка.

Я улыбнулась, представив себе Патрика, прекрасно понимавшего мои чувства. Я попыталась мысленно заглянуть в будущее. Мы будем очень счастливы. Его семья все знает о Люси. Не будет никаких проблем, которые могли бы возникнуть в случае, если бы я собиралась выйти замуж за кого-то другого.

Дверь резко распахнулась. Оливер отпустил мою руку, которую до этого держал в своей. Вошла Белинда.

— Ты явилась сюда со своими находками, чтобы получить сокровище? спросил Оливер.

Она покачала головой, готовая расплакаться.

— У меня их пять, — сказала она. — Никак не найти последнюю. Я уже везде искала. Люси почти нашла… Я хочу сокровище. Оно должно быть моим.

— С этим ничего не поделаешь, — сказала я. — Играть и побеждать следует честно. Проигрывать тоже нужно уметь.

Оливер Джерсон поманил ее рукой, и она, подойдя, прижалась к нему. Он раскрыл ее сжатую ладошку и достал оттуда смятые кусочки бумаги.

— Это все из-за последнего! — воскликнула она. — Я уже везде искала.

— Ну-ка, что у нас говорится в номере пятом? — спросил он и прочитал вслух:

Он взял ее за плечи, и она выжидающе взглянула ему в лицо.

— Ты не потрудилась хорошо подумать, — сказал он. — Ведь ты знаешь, где у вас вода, верно?

Белинда покачала головой.

— А кто такой благородный грек?

— Я… я не знаю.

— Конечно же, ты знаешь. У кого есть крылышки на ногах?

Она глядела на него непонимающе.

— А где растут лилии?

— В пруду.

— Ну, вот тебе и вода, а что над водой? Не статуя ли?

Ее глаза расширились от восторга.

— Ты сама прекрасно знаешь, где искать. Так что отправляйся добывать свое сокровище.