Несмотря на открытые издевки сестры Грей, я была готова поверить, что она будет откровенна со мной. Похоже, правда забавляла ее даже больше, чем ложь.

— Чем вы занимались до приезда в Полхорган-холл?

— Работала.

— Были сестрой Стоунер Грей? Она отрицательно мотнула головой.

— Нет, в тот раз — просто сестрой Грей, а Стоунер Грей я была перед этим.

— Почему вы отбросили вторую часть фамилии — Стоунер?

— Неприятная известность. Не то чтобы это особенно трогало меня, но труднее было бы подыскать подходящую работу. Обыватели долго помнят плохое. Так значит, вы в курсе этой истории? Могу поспорить, что об этом вам доложили Досоны.

— Они высказали только кое-какие смутные предположения. Нет, я все узнала от другого человека. Она понимающе кивнула.

— Если бы все закончилось так, как было задумано, мне, возможно, не надо было больше работать. Ничего дурного в том случае не было. Просто пожилой джентльмен составил завещание в мою пользу. Но суд признал, что он был немного не в себе, и его жена выиграла дело.

— Наверное, вы сами уговорили его переделать завещание в вашу пользу.

— А вы как думаете? — Она наклонилась ко мне. — Конечно, вы — очень порядочная леди, миссис Пендоррик. В отличие от меня. И неудивительно, ведь у меня не было тех преимуществ, которыми обладали вы. Я — авантюристка и, должна признаться, обожаю авантюры. Они придают вкус жизни. Детство я провела на задворках, и мне это было не по душе. Меня переполняло желание вырваться из трущоб. Знаете, мы чем-то похожи с вашим дедом, только мне не хватило деловой хватки, и я не придумала, как заработать миллион. Зато быстро поняла, что красива и что это тоже очень неплохое состояние. Я занялась медициной и решила стать частной сиделкой, поскольку таким образом могла добиться желаемого. Конечно, не стоит забывать и о моей способности должным образом подбирать своих подопечных. Именно поэтому я и оказалась в доме вашего деда.

— Вы надеялись, что он оставит вам свой капитал?

— Надежда умирает последней. Кроме того, не следовало упускать из виду и Рока. Авантюристки тщательно взвешивают все возможности.

— Должно быть, из этих двоих на Рока вы возлагали большие надежды… Особенно, после того, как получше узнали моего дедушку.

Она снова захохотала.

— Это уж точно. Но Рок слишком проницателен и вовремя разглядел меня. Я ему нравилась, да как, впрочем, и он мне. Будь этот мужчина простым рыбаком, он все равно понравился бы мне. Но Рок всегда держался довольно сдержанно, казалось, чувствовал во мне нечто такое — как бы это лучше сказать, — чего не должно быть в жене настоящего джентльмена. Мы стали хорошими друзьями, а затем он уехал и вернулся уже женатым человеком. Но у вашего мужа доброе сердце, он изо всех сил старался не обидеть меня. Я заметила, что вы стали немного ревновать его. — Она самодовольно хохотнула. — Теперь вам все ясно?

— Не совсем. Как умер мой дедушка? Алтея Грей пристально взглянула на меня. Ее лицо стало серьезным как никогда.

— Признаюсь, я ищу возможности облегчить свою нелегкую долю, — жестко сказала она. — Но я не убийца. Я всегда верила в то, что жизнь — самое дорогое, что есть у человека, и что чужая жизнь столь же драгоценна, сколь и моя собственная. Если у меня есть возможность кого-то облапошить, это одно, но я никогда не преступаю черту. — Она улыбнулась одними глазами. — Так вот почему вы были так встревожены, когда пришли сюда? Теперь я вдвойне рада, что пригласила вас. Напоследок я не прочь выяснить и это. Ваш дедушка часто терял свою коробочку с таблетками. Однажды это случилось и в вашем присутствии, помните?

Конечно, я все отлично помнила. Тогда я ушла из Полхорган-холла раньше обычного и застала их — ее и Рока — вдвоем на пляже.

— Он случайно уронил таблетки, а когда они ему понадобились, не смог найти, разволновался и рукой нечаянно смахнул и колокольчик. Уверена, что все произошло именно так, миссис Пендоррик, готова поклясться на Библии. Конечно, лорд был обеспокоен. Он знал, что когда-то мы были очень дружны с вашим мужем, и поговорил со мной. Этот разговор, безусловно, очень расстроил его, несмотря на все мои заверения, что в наших отношениях нет ничего, кроме дружбы. Переживания по пустякам вообще свойственны таким больным. Уверяю, я не приложила руку к его смерти.

— Я верю вам, — сказала я. И в тот момент я действительно верила этой женщине.

— Очень рада. Мне бы не хотелось, чтобы вы считали меня способной на… Что другое — ладно, но только не убийство.

Она лениво зевнула и потянулась.

— Не верится, что через месяц я уже буду где-нибудь в теплых краях. А в это время Пендоррик-холл окутает туман, и юго-западные ветры будут сурово трепать стены Полхорган-холла. Но, мне еще многое нужно собрать к отъезду…

Я поднялась.

— В таком случае, не буду вас отвлекать.

Сиделка проводила меня до двери, мы простились, и, когда я направилась вниз по тропе, она так и осталась стоять на пороге коттеджа, наблюдая за мной.

Разговор с Алтеей Грей окончательно выбил меня из колеи. Эта женщина была до неприличия откровенна. Я верила ей, пока сидела там с ней, но теперь снова засомневалась. Уж не потешалась ли она, над моим легковерием? Неужели она действительно уезжает? Что ж, по крайней мере на этот раз она была одна, без Рока.

Хоть какое-то утешение.

Время словно остановилось. День тянулся как никогда. Возвращаться в Пендоррик-холл мне не хотелось, но, казалось, выбора нет. Я решила сразу отыскать Дебору и поговорить с ней, хотя теперь у меня почему-то не было ни малейшего желания делиться своими переживаниями ни с кем, даже с Деборой.

Я почти подошла к дому, когда увидела бегущую мне навстречу миссис Пенхаллиган. Должно быть, она ждала меня. Бедная женщина от волнения едва могла говорить.

— Миссис Пендоррик, случилось несчастье. Мое сердце остановилось, а затем заколотилось с удвоенной силой, как будто собиралось вот-вот выпрыгнуть наружу. Рок, промелькнуло у меня в голове, я должна была поехать с ним.