— Это крыло дома — наше, — объяснила мне Морвенна. — Дом очень удобен. Он разделен на четыре отделенных друг от друга части и рассчитан на то, что в нем могут жить сразу несколько семей Пендорриков.

В былые времена здесь было достаточно народа. Слуги тогда занимали специальные коттеджи, всего несколько из них жили в самом доме. Эти домики для прислуги очень живописные, но до последнего времени они не были модернизированы. Лишь недавно Рок и Чарльз наконец занялись ими, и теперь они вполне современны. Сейчас в доме вообще почти нет слуг: лишь Томе с женой и дочерью Хэтти и миссис Пенхаллиган с дочерью Марией. Да, за последнее время в нашей жизни многое переменилось. Ну да ладно, что это я? Думаю, ты голодна, Фейвэл?

Я объяснила, что мы поужинали в поезде.

— Что ж, в таком случае позднее мы просто немного перекусим. Тебе, конечно, не терпится осмотреть дом. Но может, ты захочешь сначала пройти на свою половину?

Я ответила утвердительно. Неожиданно мой взгляд привлек висящий в галерее портрет. Это была светловолосая молодая женщина в плотно облегающем фигуру платье. Глубокое декольте выгодно подчеркивало красоту ее обнаженных плеч. Волосы женщины были тщательно уложены в красивую, затейливую прическу, один завиток кокетливо ниспадал на маленькое ушко. Портрет явно был старинным и висел так, что доминировал над всей галереей и холлом.

— Какая очаровательная картина, — заметила я.

— Это портрет жены одного из Пендорриков, — пояснила Морвенна.

— Женщина такая красивая, и она явно очень счастлива…

— Да, это моя пра-пра… уже даже не могу сосчитать, сколько раз прабабушка, — сказала Морвенна. — В то время, погода писался портрет, она действительно была счастлива. Прабабушка умерла молодой.

Я снова посмотрела на портрет. В молодом, глядящем на меня лице было нечто настолько притягательное, что от него просто невозможно было оторвать взгляд.

— Рок, я решила, — продолжила Морвенна, — что, женившись, ты вероятно захочешь переехать в большие апартаменты.

— Спасибо, — ответил муж. — Именно это я и намеревался сделать.

Морвенна обернулась ко мне.

— Все четыре крыла дома связаны между собой, поэтому необходимости пользоваться отдельным входом нет, если, конечно, тебе вдруг не захочется это сделать. Сейчас мы поднимемся на галерею, и я проведу тебя на вашу с Роком половину.

— Должно быть, здесь огромное количество комнат?

— Всего их восемьдесят, по двадцать в каждой из частей дома. В нем многое переделано, но переделано так, чтобы сохранился не только облик, но и дух древнего замка.

Мы поднялись на галерею.

— Да, вот еще что, — сказала Морвенна. — Когда ты освоишь южное крыло, то можешь считать, что знаешь весь дом, ведь все его четыре части абсолютно идентичны.

Морвенна шла впереди. Мы с Роком, все еще держась за руки, следовали за ней. Дойдя до конца галереи, мы прошли через небольшую боковую дверь, ведущую в широкий коридор, в нишах которого стояли мраморные скульптуры.

— Конечно, сумерки — не лучшее время для знакомства с домом, — заметила Морвенна.

— Ничего не поделаешь. Фейвэл придется подождать до утра, вот когда она сможет по-настоящему им полюбоваться, — с улыбкой сказал Рок.

Я взглянула в одно из окон, выходящих в квадратный внутренний двор. Там росли самые красивые гортензии из тех, которые мне когда-либо доводилось видеть. Я не удержалась от невольного возгласа восхищения, и все на минуту остановились, чтобы я могла как следует разглядеть их.

— Цветам здесь раздолье. Много влаги и почти не бывает холодов. А стены дома надежно защищают сад от любой непогоды, — объяснила Морвенна.

Внутренний двор действительно был восхитителен. Небольшой, расположенный посередине пруд украшала красивая скульптура. Позже я выяснила, что это фигура Гермеса. Тут же, возле пруда, росли две чудесные пальмы, так что сад выглядел, словно оазис в пустыне. Между выложенными камнем дорожками росли пышные кусты, сейчас они были все в цвету. Вдоль дорожек стояло несколько красивых белых скамеек, затейливо украшенных позолоченной лепниной. Любуясь этой красотой, я неожиданно заметила множество напоминающих глаза окон, выходящих на сад. Мной овладело чувство досады от того, что в этом райском уголке, вероятно, никогда нельзя остаться наедине с самой собой.

Рок объяснил, что в сад ведут четыре выхода — из всех частей дома. Мы двинулись дальше по коридору и, пройдя через еще одну дверь, поднялись по лестнице. Рок сказал, что теперь мы уже в своем, южном крыле. Морвенна по-прежнему шла впереди нас. Наконец она настежь распахнула какую-то дверь, и мы очутились в просторной комнате с большими окнами. Тяжелые бархатные занавеси были раздвинуты, открывая вид на бескрайнее, простирающееся до горизонта море. В свете сумерек прибрежные скалы выглядели довольно мрачно. Комната была наполнена запахом моря, доносимым сюда легким, словно нашептывающим что-то ветерком.