Довольно истеричным тоном Хайсон добавила:

— Она была женой одного из Пендорриков, новобрачной, как мы их тут называем.

— Что ж, это вполне естественно, — заметила я, — ведь она вышла замуж за твоего деда.

Да, подумала я, эта Хайсон — довольно странный ребенок. Еще минуту назад она выглядела совсем апатичной, а сейчас ее лицо преобразилось до неузнаваемости.

— Она умерла двадцать пять лет назад, когда маме и дяде Року было по пять лет.

— Мне искренне жаль.

— Вам тоже следует заказать свой портрет, мисс Пендоррик, — сказала Рэйчел Бектив.

— Я об этом не думала.

— Уверена, что мистер Рок захочет этого.

— Он ничего не говорил мне на сей счет.

— Думаю, еще скажет… Ну, нам пора идти, нас ждут.

Пройдя до конца галереи, мы стали спускаться по лестнице. Все это время Хайсон украдкой рассматривала меня. Эта девочка показалась мне не в меру нервной. В ее гувернантке тоже было что-то неприятное.

Проснувшись посреди этой ночи, я никак не могла понять, где я нахожусь. Затем, увидев огромные окна и услышав тихий, ласковый плеск волн, сообразила, что я в Пендоррик-холле. Я почувствовала запах водорослей, на меня повеяло морской прохладой. Рок мирно посапывал рядом, и приглушенные звуки его дыхания звучали в такт плеску волн. В ярком свете луны я отчетливо видела контуры его красивого, словно изваянного скульптором лица. Таким я видела его впервые, и мне снова пришла в голову неприятная мысль, что я совсем не знаю своего мужа.

Видимо, мне снился остров и отец, так как мне почему-то вдруг вспомнились некоторые странности в поведении Рока, когда он узнал о несчастье. Как будто в тот момент он решил, что все случившееся к лучшему… Нет, не может быть! Эта чудовищная мысль наверняка — лишь плод моего воображения. Но в чем причина подобных подозрений? Что это — последствие дурного сна или нечто иное?

Я часто думала об отце, все время представляя, что, должно быть, он испытал в то страшное мгновение, когда судорога свела его ноги и он понял, что не сможет добраться до берега. А в это самое время мы с Роком хохотали, сидя на кухне!

Стараясь не будить мужа, я тихо лежала, уставясь в потолок, снова и снова перебирая в памяти события того злополучного дня. Через какое-то время мне все же удалось уснуть, но и на этот раз сны были тяжелыми. Откуда-то издалека доносились чуть слышные звуки. Музыка? А может, это так дышит спящий рядом со мной Рок? Затем мне почудился слегка хрипловатый смех Ловеллы. Или Хайсон? Она кричала:

«Новобрачные Пендорриков все умерли молодыми. Теперь ты тоже стала новобрачной одного из Пендорриков!»

Проснувшись утром, я вспомнила свой сон. То, что ночью представлялось полным какого-то зловещего смысла, утром не показалось мне столь уж значительным, и свои ночные кошмары я объяснила усталостью и обилием впечатлений минувшего дня. И постаралась выбросить все это из головы.

Стоя рано утром у окна, я наблюдала за тем, как блики солнечного света весело прыгают по воде. Казалось, какой-то гигант рассыпал на морской глади пригоршню бриллиантов и они переливаются на солнце всеми цветами радуги.

Поднявшись с кровати. Рок подошел ко мне и положил руки на мои плечи.

— Вижу, что Пендоррик-холл завораживает тебя не меньше, чем его хозяин.

Я улыбнулась ему в ответ и ласково обняла за шею. Обняв меня за талию, муж закружился со мной в беззвучном вальсе, а затем сказал:

— Я рад, что ты здесь, в Пендоррике. Сегодня утром мы объедем окрестности, и я познакомлю тебя с местными жителями. Приготовься к тому, что они покажутся тебе не в меру любопытными. А днем нам с Чарльзом придется заняться делами. Я слишком долго не был дома, дольше, чем первоначально предполагал, и теперь мне нужно как следует потрудиться. В это время ты можешь побродить где тебе захочется. Возможно, Ловелла изъявит желание сопровождать тебя.

Я заметила:

— Вторая девочка совсем другая по характеру, ведь верно?

— Хайсон? Да. И слава Богу! Мы бы не выдержали, если бы в доме было две Ловеллы сразу. Здесь бы просто все стояло вверх дном.

— И в то же время они настолько похожи внешне, что я даже не смогла отличить одну от другой.

— Пройдет немного времени, и ты научишься подмечать небольшую разницу между ними. Их голоса звучат немного по-разному. Конечно, сами мы их различаем, но как именно, точно сказать затрудняюсь. Вообще странно, что даже такие абсолютно идентичные близнецы, как Ловелла и Хайсон, могут так отличаться характерами и темпераментом. В них все разное, будто противоположные черты кто-то старательно разложил в разные стороны: одни — для Ловеллы, другие — для Хайсон. Рэйчел, впрочем, хорошо справляется с ними.