— С тех самых пор Ловелла и начала бродить по дому?

Рок согласно кивнул головой.

— Думаю, что со временем все бы забыли о злосчастной Ловелле, если бы не смерть моей матери. Она умерла в двадцать пять лет, когда мы с Морвенной были еще совсем маленькими.

— Как это случилось?

— Трагические обстоятельства ее смерти тоже в какой-то мере способствовали возрождению легенды о новобрачных Пендорриков. Дело в том, что мать упала с галереи. Она облокотилась о прогнившие деревянные перила, и те не выдержали. Это действительно всего лишь несчастный случай. Но поскольку портрет Ловеллы висит именно в северной галерее, как раз рядом с тем местом, откуда она упала, то вину за это несчастье приписали ей. Ловелла якобы устала бродить по дому как неприкаянная и решила, что Барбарине пора занять ее место. Вероятно, тогда и родилась вторая часть легенды, которая гласит, что душа каждой из новобрачных Пендорриков будет жить в замке до тех самых пор, пока не погибнет следующая миссис Пендоррик. Ты еще не раз услышишь, что теперь по дому бродит Барбарина, моя мать. Конечно, для такого старинного дома она — довольно молодое привидение, но зато наши привидения сменяют друг друга.

— Понятно, — сказала я.

Положив руки мне на плечи, Рок рассмеялся. Я смеялась вместе с ним, стараясь, чтобы мой смех звучал естественно.

Изображенная на портрете женщина в костюме для верховой езды и украшенной голубым бантом шляпе полностью захватила мое воображение. В минуты уединения меня словно бы притягивало к тому месту, где висел ее портрет. Я не стеснялась того, что кто-то может заметить, как часто я прихожу в галерею и рассматриваю его. Что ж, если меня и впрямь заметят, то просто решат, что я тоже верю в эту старинную легенду.

Женщина на портрете была написана столь искусно, что казалась живой. Ее глаза слегка поблескивали, а на губах играла улыбка… Я все время думала о том, какие ужасные секунды, должно быть, пережила эта бедняжка, когда поняла, что под ней трещат перила и она падает вниз. Интересно, проявляла ли она такой же нездоровый интерес к той, другой новобрачной Пендорриков, как я к ней? Конечно же, нет, уверяла я себя. Да и меня заинтриговала лишь картина. Я — цивилизованный человек и не позволю какой-то легенде испортить мне жизнь. Но несмотря на все эти разумные доводы, я всякий раз не могла удержаться, чтобы еще раз не взглянуть на портрет.

Именно за этим занятием Рок и застал меня два дня спустя после нашего разговора. Он обнял меня и предложил вместе отправиться на прогулку.

— Мы с сестрой совсем не похожи на мать, ведь верно? — заметил он. — Не нужно бояться Барбарины. Ведь это всего лишь ее портрет, и только.

Потом мы отправились на прогулку. В это утро муж повез меня на болота. Я была зачарована дикими просторами с разбросанными здесь и там валунами причудливой формы. Мне стало понятно, почему Рок так хотел, чтобы я получше узнала этот удивительный край.

Мы проехали много миль, добрались сначала до Каллингтона, а затем до Сент-Клиера, небольших городков, фасады домов которых были отделаны серым гранитом, и снова выехали на болота. Рок не без гордости показал мне сооруженное из камня захоронение эпохи неолита. Наверное, ему хотелось убедить меня в том, что такая древняя страна, как Корнуолл, просто не может обойтись без старинных легенд.

На вершине одного из холмов Рок остановил машину и показал мне необычную по форме скалу. Нежно обняв меня за плечи, он сказал:

— Это чудо природы называется «Головка сыра». Подожди. Когда-нибудь я отвезу тебя еще дальше и покажу «Веселых девушек»— девятнадцать камней, лежащих по кругу. Местные жители всерьез начнут уверять тебя, что некогда эти камни были живыми девушками. Старая легенда гласит, что когда-то давным-давно девушки принялись танцевать в святом месте, и в наказание за святотатство они тут же были превращены в камни. Если говорить честно, то по форме эти валуны действительно напоминают фигуры танцующих людей.

Он помолчал немного, а потом сказал:

— Дорогая, со временем ты привыкнешь к тому, что в Корнуолле легенды встречаются буквально на каждом шагу. И их не стоит воспринимать всерьез.

Я поняла, что Рок обеспокоен, и поспешила заверить его, что никаких причин для волнений нет. Ведь я всегда так гордилась тем, что здравый смысл и рассудительность никогда не покидают меня.

— Знаю, — ответил он. — Но смерть отца — большое потрясение для тебя. Оно сильнее, чем ты сама осознаешь. Думаю, сейчас я должен быть особенно внимателен к тебе.

— А ты не боишься избаловать меня своим вниманием и заботой?

— Не забывай, что я как-никак твой муж.

— Что ты, милый, это просто невозможно забыть!

Рок нежно поцеловал меня и крепко сжал в объятиях. Казалось, в этот момент мы оба старались убедить друг друга в глубине наших чувств. Я была чрезвычайно признательна мужу за его чуткость и поддержку, в которых так нуждалась сейчас.

В отличие от меня после подобных довольно интимных сцен Рок быстро обретал обычное уравновешенное состояние. Вот и на сей раз он уже вскоре снова принялся подшучивать надо мной, а затем начал рассказывать мне такие «корнуэльские легенды», что я вынуждена была обвинить его во лжи. На обратном пути мы придумывали различные истории о тех местах, мимо которых проезжали. При этом каждый старался перещеголять другого в фантазии и изобретательности.