— За что? — потирая щеку, прошипел я, взглянув на нее исподлобья.

Эта неугомонная втянула воздух носом, словно готовясь к броску, и мне стоило усилий, чтобы крепче не сомкнуть руки вокруг ее талии, прижимая Катьку к стене. Вот и тихоня, называется, скромница и отличница, а копни глубже, так фору даст всем девчонкам на факультете, ну спасибо, что всего лишь по роже залепила, а не коленом в пах.

— И ты спрашиваешь еще, Белов? Как тебе вообще в голову такое пришло. Ты за кого меня принимаешь? — начала заваливать она меня вопросами, не давая даже вставить слово.

Будь на ее месте другая — заткнул рот бы поцелуем, а с этой… Любое неосторожное действие грозило стать поводом для развязывания холодной войны, а я все-таки на досуге прикинул, что с ней лучше не ссориться. Все же преподы Катьку любили, и ее протекция мне бы на зачете пригодилась.

— За человека, который имеет деловую жилку, — выдал я, нагло соврав. Необходимо было как-то подняться в ее глазах, да и мысль озвучить, а то, получается, отхватил ни за что.

— Из тебя фиговый предприниматель. Хотя какое мне дело… Черт, — всплеснула Морева руками, недовольно сморщив нос, — пара началась, ну вот… Теперь поставит прогул. А все из-за тебя, — замахнулась она на меня сумкой.

Я аж голову в плечи вжал, решив перестраховаться. Но Катька тут же прикрыла веки, упершись макушкой в стену. Пару мгновений она просто молчала, явно пытаясь совладать с собственными эмоциями.

— Ну так поможешь? — все же поинтересовался я, наивно рассчитывая, что она передумала.

— Я похожа на идиотку? — буркнула Катька под нос себе.

— Мне сейчас лучше промолчать, чувствую. А могла ведь подзаработать.

— Предложи своей подружке, — хмыкнула Морева, — эта канарейка своим ярким оперением наверняка быстрее привлечет внимание, чем я.

— Моя подружка при слове «работа» падает в обморок, так что твою идею можно смыть в унитаз, — шикнул я. — А больше мне просить некого. Слушай, у меня проблем полно, честно, — хлопнув ресницами, внимательно взглянул я на нее.

Ту, кажется, совершенно не пронял мои грустный вид, черт, но и открываться до конца, рассказывая, какие у меня трудности, тоже не хотелось. Во-первых, это будет жалко выглядеть, с другой, рухнет мой образ повесы и беззаботного прожигателя жизни.

И пусть это все было мишурой, но выходить из образа не желал. Падать в рейтингах, уступая места другим, было неприемлемо для меня. Пусть Морева лучше считает, что я придурок, чем папенькин сынок, у которого дырка в кармане.

— У меня теперь тоже их много и создаешь мне проблемы ты, — ткнула Катя пальцем мне в грудь.

Едва не перехватил ее тоненькое запястье, желая притянуть к себе ближе. Но сдержался, из последних сил сдержался, только чуть нервно скрипнул зубами. Она еще с таким отвращением смотрела на меня, кажется, стараясь угадать уровень моего IQ, что уже пожалел десять раз, заведя эту беседу.

— Я хорошо заплачу. Всего-то надо подкатить к моему папаше где-нибудь в людном месте, пару раз поулыбаться, а я потом фотки скину его кукле расфуфыренной, что присосалась похлеще клеща к семейному бюджету.

— Тебе заняться нечем, да? Зачем творить такие гнусности, — прошипела Морева, пристально глядя на меня.

В ее глазах-океанах было столько света, который просачивался через толщу волн. Я смотрел, как завороженный и, кажется, с каждой секундой проваливался все глубже, уходя на дно, словно мешок с камнями.

Она манила и одновременно отталкивала, ее хотелось поцеловать и задеть за живое так сильно, чтобы больше никогда не смела даже смотреть в мою сторону. Буря эмоций зарождалась в моей душе, а мне хотелось смеяться зло, в первую очередь ругая себя за подобную слабость. Не понимал толком, что происходит, но безумно хотелось постоянно видеть ее, не выпускать из поля зрения и, не дай боже, рядом с этой ведьмой окажется кто-то другой.

— Это личное, детка, — подмигнул ей, облизнув губы, — просто помоги и я в долгу не останусь.

— Сказал человек, который ездит на трамвае, и где же твоя модная тачка? Сдал на металлолом? Ах, да… за плохое поведение отняли, похоже, — выдала эта зараза, глазом даже не моргнув.

— Врешь, — оскалился я, ощущая, как стрела, выпущенная Катей, попала в цель.

— Инфа сотка, — вздернула она подбородок, скрестив руки на груди. — И вообще, мне некогда, у меня и без соблазнения мужчин за пятьдесят полно дел. Важная должность, возможно, скоро появится и все дела, — пожала она плечами, подмигнув мне в ответ.

— Важная? — не сдержался я. — Тебя повышают с уборщицы до кладовщицы? Будешь раскладывать банки с консервами в алфавитном порядке?

Катя насупилась, а я, видимо, попал в цель своими предположениями. Хотя не пофиг ли мне, что она там делает. Да пусть хоть могильщиком работает или кастрирует котов в ветлечебнице в свободное время.

Готов зуб был дать, что достойный ответ был у нее готов и мне бы мало не показалось, но тут у Моревой в кармане завибрировал мобильный. И она вцепилась в него, как в спасительную соломинку, приложив палец к губам, показывая, что мне лучше заткнуться на миг.