— Быстро всем в гостиную.

— Что стряслось-то? — непонимающе переглянулись мы с Дашкой.

— В доме завелся вор, — прорычал он, почему-то задержав взгляд на мне.

А мое сердце ухнуло, провалившись вниз. Язык к небу прилип, а глаза заволокло пеленой. Меня по-разному называли, издевались, относились предвзято в связи с тем, что я росла без родителей, даже оскорбляли, но слово «вор» в свой адрес я услышала в первый раз.

Меньше всего живя у бабули, я ожидал сюрпризов. По крайней мере, вот подобных точно. Во-первых, что здесь априори могло такого произойти удивительного, ну, кроме того, что кухарка сожжет яичницу или Гарик забудет поменять лоток коту?! Во-вторых, я не любил сюрпризы. Вот просто не-на-ви-дел. Да и день, в общем-то, не предвещал ничего поразительного.

Я снова проспал универ. Не сильно расстроился, все равно бы на парах продремал бы на последней парте или протусовался в буфете с Денисом.

В собственной мягкой постели время проводить было приятнее, потому с чистой совестью я отключил будильник, рассчитывая, что бабуле будет не до меня.

В последние дни они с отцом были очень деятельными. Постоянно созванивались, изучали документы, в доме появлялись периодически нотариусы и я ненароком в какой-то миг подумал, что бабуля решила переделать завещание, вписав туда обязательным пунктом мою свадьбу.

После встречи у папаши, разговор на данную тему не заходил, что меня радовало, конечно. Я еще в глубине души верил, что с крючка смогу соскочить. Пытался переводить стрелки на брата или сестрицу, откровенно компрометируя тех в глазах родни, но, кажется, бабуля вестись на подобное не желала.

— Давайте вызовем полицию, — верещал Гарик так, словно ему в ботинок нагадил кот манул.

— Успеется, — сухо произнесла бабуля, но от ее интонации захотелось вытянуться по струнке. — Сами попробуем разобраться.

Я замер в коридоре, надеясь, что за кадкой с фикусом меня не сразу заметят. В чем состоит сыр-бор — не знал, но очень рассчитывал понять. Хотя какое мне вообще дело?! Мог бы мимо пройти, но вроде как наклевывалось что-то любопытное. Наверное, потому что в этом доме была всегда четкая дисциплина, никаких форс-мажоров, не говоря уже о разборках. А кажется, что-то назревало и виновником, хотелось верить, являлся не я.

— Пусть вывернут карманы и вытряхнут все из своих сумок, — вновь принялся канючить Гарик, деловито поправляя пиджак.

Я попытался выглянуть из своего укрытия, чтобы рассмотреть, кто там числился в качестве подозреваемых, а то перила слегка загораживали обзор, но бабуля хмыкнула, пройдясь по гостиной, и остановилась напротив самого Игоря.

Тот замер, лишь глазами-блюдцами хлопал, похоже, не понимая, а собственно его за что приравняли к потенциальным злодеям.

— Что? — проблеял Гарик, сделав шаг назад.

— Тебя это тоже касается, — качнула она головой, уверен, и посмотрела так, что захотелось покаяться во всех грехах.

Гарик насупился, но встал в общую шеренгу, а я, прикусив губу, раздвинул листву фикуса и привстал на цыпочки.

Первой вперед вышла рыжая. Хм, а в форме ее зад смотрелся аппетитнее. Я слюной, конечно, не изошел, но сглотнул ком, таращась на Дашку. Пожирал девчонку взглядом, представляя мысленно, как мы мило проводим время в моей комнате.

Она вывернула карман кофты, расстегнула замок сумки и тоже принялась медленно все вытаскивать оттуда. Затем то же самое проделал Гарик, правда, с таким выражением лица, что мне расплакаться захотелось. Вот уж кого надо было брать на разговор с отцом, этот парень способен надавить на жалость так, что захочется его не только приободрить, но и усыновить.

— Отлично, — хлопнула бабуля в ладоши, оставшись, видимо, довольной. — Теперь ты, — ткнула она в кого-то пальцем.

А что вообще искали-то? Или это новые развлечения вместо просмотра передач в прайм-тайм? События развивались медленно, и я даже подумал, что хоррора не дождусь, правда, ровно до той секунды, пока… Какого черта снова?!

Эту пигалицу я узнал бы из миллиона. Вычислил бы по одному аромату духов, но… Какого хрена она делала в этом доме? Это розыгрыш, проверка на вшивость или Катьку дернул сатана за косу, чтобы та приплелась сюда? Жаловаться пришла мелкая поганка?!

Сцепил челюсть, от ярости ноздри раздулись и, кажется, желваки даже заиграли на скулах. Я совершенно забыл, что еще миг назад конспирировался, потому как уже сам, не чувствуя пола под собой, сбегал вниз по лестнице.

— Добрый вечер, — одарил присутствующих голливудской улыбкой, замечая, что Катька оцепенела от удивления.

Она, вцепившись в рюкзак, не отрывала от меня взгляда, будто бы решив, что видит перед собой привидение. Нет, дорогая, я был настоящим. Живым, горячим и очень злым.