— По крайней мере, время подумать у тебя есть. Утро вечера мудренее. Только помни одну простую истину: дорог много и тупиков бояться не надо. Каждый тупик — это новая возможность начать все заново, отправиться в путешествие, свернуть на новую тропу. Главное — отбросить страхи, позволив себе ошибаться.

— Ты пересмотрел сериалов, — подтянув колени к подбородку, насупилась я, — или это с возрастом приходит такая мудрость? Если да, то у меня точно все еще впереди.

Побеседовав еще немного, я и не заметила, как провалилась в сон, а утром проснулась от посторонних голосов за стеной.

В коридоре что-то происходило, судя по грохоту и причитаниям соседок. Всю какофонию звуков разбавляло мяуканье кота и топот ног. В первое мгновение даже подумала, что нас снова затопили соседи сверху. Только одеяло натянула сильнее, не желая развивать эту мысль. Сил не было и терпения, вот пришла к выводу, пусть активистки нашей коммуналки и разбираются с безответственными, но как-нибудь без меня в этот раз.

А уже спустя пять минут я с трясущимися руками пыталась натянуть спортивные штаны и справиться с молнией на кофте. Конечно, велика вероятность была, что мне просто почудилось, даже головой сильнее тряхнула, прислонившись после ухом к двери. Деда в комнате не было, но выглядывать в коридор я пока не решалась. Пытаясь на слух определить его местонахождение, надеясь, что этот жук где-то поблизости.

— А Васеньку тоже необходимо изолировать? — взволнованный голос соседки заметно дрогнул, превратившись в комариный писк.

— Да брось, Петровна, что ему будет-то? — гаркнул деловито дедуля, видимо, стараясь успокоить ее, но не вышло.

— Он, между прочим, достояние этой квартиры, — выдала она гордо, — у него медалей побольше, чем у наших спортсменов на прошлой Олимпиаде.

— Успокойтесь, — незнакомый мужской голос вежливо вклинился в диалог, заставив замолчать и Петровну, и моего деда. Любопытство, конечно, подталкивало к тому, чтобы показать нос, но в этой маленькой комнатке было намного безопаснее, тем более я никак не могла избавиться от мысли, что четко слышала голос Андрея. И решила для себя: пока не получу обратных доказательств — не выйду.

— Где находится контактное лицо? — откашлявшись, обратился мужчина к присутствующим.

— В комнате, — нараспев ответил дед, причем сделал это так спокойно, что стало обидно. Он на рынке за пучок петрушки торговался и то с большим энтузиазмом.

Похоже, речь шла обо мне, чувствовала затылком это и никак не могла сообразить, а что собственного могло такого стрястись?

Не успела углубиться в думы, как дверь распахнулась, и я едва не вывалилась в коридор прям к ногам собравшихся. Они таращились на меня, как на экспонат из Кунсткамеры, хлопали глазами, подозрительно рассматривая. Все это мне нравилось меньше и меньше, особенно когда взгляд мой уперся в Андрея и его бабулю.

Зачем он притащил с собой Нину Яковлевну, это что у богачей такое новое развлечение или маленький мальчик наябедничал, а бабуля пришла меня отчитывать?

Несмотря на то что во мне проснулся скептик и зануда, я все-таки напряглась, ощутив, как вдоль позвоночника пробежали мурашки.

Сделала шаг назад, поджав губы, не переставая задавать немой вопрос: что происходит, черт возьми?!

— Екатерина Морева, мы к вам по важному делу, — мужчина в белом халате посмотрел на меня, нахмурив густые брови.

Его зеленые глаза смотрели куда-то в пустоту и как бы я ни старалась считать информацию с его лица, ничего у меня не выходило. Белый лист и не больше. Даже позавидовала на миг такому умению не показывать эмоции. Мои же, кажется, рвались наружу.

Венка на виске вздулась, онемевшие пальцы похолодели, и ощущение было, что земля уходила из-под ног.

— Какому? — еле поворачивая язык, произнесла я, пребывая в смятении.

— Имеется четкое предписание, что с этого дня вы обязаны пробыть на карантине неделю, не покидать комнату и не общаться с посторонними.

— Что? — не поверила я собственным ушам. — Карантине? Но что? Почему?

Мне было важно услышать ответ, понять, ведь ни дед, ни Андрей так и не удосужились произнести хоть что-то, просто стояли и наблюдали за моей реакцией, словно я хомяк в трехлитровой банке.

— Белов, — проигнорировав мой вопрос, рявкнул мужчина, — заходите. И впредь старайтесь интересоваться у своих знакомых историей происхождения сыпи на кожных покровах.

А вот это было неожиданно. Очень! У меня не находилось нужных слов, чтобы описать тот ураган, что бушевал внутри. Непонимание, неверие и злость! Возмущение и желание вытолкать Андрея со своей территории.

Неделя? Целых семь дней с ним? Здесь? Нет, ну кто-то явно издевался.

Обхватила голову руками и, подойдя к стене, разом приложилась лбом, рассчитывая, что так все встанет на свои места. Куда там!

— Полегчало? — радуясь непонятно чему, промолвил он, устраиваясь на моем диване. — Первые два дня трудно, потом привыкнешь.

— Издеваешься? — не глядя на него, фыркнула я.

— Отнюдь. Зато представь, сколько у нас времени будет, чтобы лучше узнать друг друга.

— А если я не хочу тебя узнавать?