Через несколько секунд двигатель потерял тягу. Стрелка прибора ушла под нижнее деление, показывая, что топлива больше нет. Я выжал сцепление, чтобы перестать тормозить двигателем. А он едва держал холостые обороты, доедая последние пары бензина в топливных трубках.

— Погоди! Сейчас переключу! — крикнула Лиз.

В салоне сильно запахло бензином. Я то и дело отпускал сцепление, пытаясь оживить двигатель, но мы продолжали катиться по инерции и терять скорость.

— Насосал воздуха! — сказала рядом с моим ухом Лиз, уставившись на приборную панель.

В этот момент двигатель снова заработал. Стрелка тахометра подпрыгнула, отреагировав на педаль газа.

— Есть контакт! — крикнул я.

— Отлично! — устало добавила Лиз.

Как она это сделала? Неужели такая ситуация тоже была продумана, и у нас был запасной бак?! Что за девчонка! Хотя, возможно, тут постарались разработчики локации. Тем не менее, всё было настолько естественно, что мне даже в голову не пришло усомниться в спонтанности событий.

Остатки топлива из пробитого бака почти догорели. А ускоряющиеся потоки воздуха окончательно сбили ослабевшее пламя. Наша борьба продолжалась.

Заканчивая круг, мы подъехали к последнему повороту, на котором в прошлый раз вылили масло. Я оттормозился, чтобы не вылететь с дороги. И тут мы увидели, что за поворотом стоит машина. Её водитель не справился с управлением и сейчас снова начинал движение, беспомощно буксуя на асфальте обмасленными шинами.

— О, чёрт! Газу! Газу! — завопила Лиз.

Я понял, что у нас появился шанс занять третье место. Всё, что для этого было нужно сделать, это лишь обогнать неудачливого водителя за оставшиеся триста метров до финишной черты.

Аккуратно пройдя по краю дороги, я быстро переключился на третью. И, едва не срывая задние колёса в пробуксовку, утопил педаль газа. Мы стали медленно догонять конкурента. Поравнялись. Стрелка тахометра ушла в красную зону, и я выжал сцепление, чтобы переключиться на четвёртую передачу.

В этот момент другая машина успела вырваться на полкорпуса вперёд. Лиз что-то прокричала, но я ничего не разобрал. Бросив сцепление, я до упора утопил педаль газа.

И мы снова начали догонять конкурента. Благодаря меньшему весу брони и сброшенному заднему щиту, у нас определённо было преимущество.

— Да! Да! — закричала Лиз, когда мы почти на целый корпус обогнали вторую машину.

Прозвучали сигналы завершения гонки. Лиз схватила меня двумя руками за футболку на груди и начала трясти.

— Мы сделали это! Ты слышишь, Макс? Мы на третьем месте!!!

Мы всё ещё двигались на высокой скорости.

— Да я уже понял! Убери голову! Я же ничего не вижу!

Лиз наконец отпустила меня и, довольно тряся кулаками, уселась на пассажирское сиденье.

Мы заехали в ангар, и я припарковал машину в секции номер восемнадцать. Сейчас здесь было удивительно пусто и тихо. Совсем не так, как утром, перед началом гонки. Лишь две другие машины, как и мы, завершили её и смогли добраться до ангара своим ходом. Ещё одну притащили на буксире, она была в прямом смысле изуродована: вся в отверстиях от пуль, без стёкол, с обгоревшей краской с одной стороны. Но, видимо, эту страдалицу ещё можно было восстановить.

Заглушив мотор, я вылез из машины. Обошёл её спереди и стал разглядывать повреждения. Похоже, Лиз предстоит много работы, чтобы подготовить её малышку к следующей гонке. Вся пассажирская сторона была изрядно помята и из-за этого дверь Лиз не открывалась. Капот был исцарапан, а в нескольких местах и вовсе пробит насквозь. Толстое лобовое стекло покрылось густой паутиной трещин и теперь точно нуждалось в замене.

Вместо шума и лязга металла, откуда-то из-под потолка доносились весёлые трели птиц. А между выбитыми окнами гулял ветер, принося с собой шелест листвы.

Лиз вылезла вслед за мной и, прихрамывая, подошла ближе:

— Макс, твоя голова! — она протянула пальцы к моему виску и, смешно скривившись, втянула в себя воздух сквозь сомкнутые зубы. — Больно, да?

— Вот это шишак! — сказал я, нащупав ладонью на своей голове здоровенную шишку. — Да, ерунда, почти не болит. А сама как? Ты хромаешь.

Лиз расстегнула пуговицу на шортах и молнию ширинки и, потянув шорты за низ, приспустила один край. Сбоку на ее бедре расплывался огромный синяк.

— Ох ничего себе! Тебе, наверное, нужно к врачу! Это, когда мы слетели с дороги после тарана тех машин?

Лиз по-детски поджала нижнюю губу и быстро закивала, осторожно натягивая шорты обратно. Я протянул ладонь и аккуратно приложил её к больному месту, а затем виновато посмотрел в лицо Лиз. Застегнув пуговицу, она подняла взгляд, и наши глаза встретились.

Лиз медленно подняла руки и, опустив их на мои плечи, сомкнула пальцы в замок. Моя ладонь скользнула по джинсовой ткани к заднему карману шорт. И, положив вторую руку на другой карман, я прижал Лиз к себе.