Терок взмахнул бутылкой и какое-то время смотрел на нее с задумчивым выражением: «Я не знаю. Я не знаю, что я ищу, Илеа. Я не могу отрицать, что мне нравится здешняя нетронутая земля… свирепость всего этого. Чтобы ходить по туннелям и коридорам, ни одно живое существо не исследовало сотни или тысячи лет. Шанс на богатство только добавляет к этому. Может быть, если моя установка улучшится, я снова смогу бороться с некоторыми существами, скрывающимися внизу. Хоть возвращаться? Я не уверен.”

“Я понимаю. Что ж, может быть, сталь, которую я тебе подарю, поможет в этом. Она сказала и улыбнулась: «Подземелье внизу? Что вы можете мне сказать об этом?»

Он широко улыбнулся то ли вопросу, то ли тому факту, что она только что подарила ему ценную сталь: «Я уверен, что так и будет. Добраться до двух сотен оказалось сложно, только собирая мусор. Подземелье… оно называется Спуск. Вниз ведет множество маршрутов, один коварнее другого, но по сравнению со многими другими подземельями в этом районе, такими как Пенумра, с корнями, которые вы, должно быть, прошли, Спуск был пройден раньше. Это город, построенный вокруг подземелья, которое ведет глубже в землю, чем все, что я видел раньше, и, поверьте мне, гномы любят копать глубоко».

Илеа хмыкнула из-за стереотипа: «Город — это часть подземелья?»

«Это… возможно, когда-то давно этого не было, но по улицам и туннелям рыщут монстры. Большая его часть затоплена, подземное море просачивается на нижние уровни. Группы падальщиков регулярно охраняют некоторые из лучших маршрутов, но их часто уничтожают или захватывают дикие звери. Стены хрупкие, одна трещина может привести к затоплению целых участков за считанные дни».

«Город как раз там, где надо. Большинство из них было вычищено жителями этого города или теми, кто был раньше. Истинное сокровище лежит за его пределами. Некоторые фрески, статуи и редкие сохранившиеся документы, написанные в Стандарте, по-видимому, говорят о Нисхождении как о бесконечном подземелье, ведущем глубоко в бесконечную тьму, заваленном ценным металлом, машинами и тварями за пределами вашего самого смелого воображения. Некоторых очень волнует история этого места, но, как и более смелые и сильные жители города, большую часть времени они проводят в подземелье. Некоторые не возвращаются в течение многих лет». Он объяснил, Илеа все больше и больше заинтригована этой концепцией.

— Ты был там внизу? Она спросила.

Он кивнул: «Некоторые из более высоких уровней. Там есть деревья… зеленые и сочные, а также дикие звери совершенно покладистые. Много мяса, которое вы можете получить здесь, происходит оттуда. Я не думаю, что мы смогли бы поддерживать такой город, если бы у нас не было этого подземелья. Я исследовал только части первых трех слоев, каждый из которых содержал особый климат и монстров, которых я никогда раньше не видел. Они тоже сильны, слишком много для меня или любой из команд, с которыми мне приходилось сталкиваться».

Илеа кивнула. — Похоже на то, что я хотела бы проверить. Кроме того, кажется, что здесь лучше строить город, чем здесь…»

Гном засмеялся над этим: «Согласен. Хотя здесь намного безопаснее. Там внизу есть лагеря, но механические ворота, двери и магические барьеры, установленные городом между слоями, сломаны. Звери, способные уничтожить весь этот город, могут бродить даже по самому городу. Те, что остались внизу, либо более способные, либо чуть более сумасшедшие, чем я.

«Почему монстры не появляются и здесь? Если они бродят до города внизу, то почему не до Халлоуфорта?

Гном посмотрел на нее немного сбитым с толку: «Конечно, им не нравится мана. Там внизу гораздо плотнее, тем более, чем дальше. Ты человек, верно? Вы не заметили ничего необычного, когда ехали на север? Технически у вас должно быть затрудненное дыхание.

Илеа покачала головой: «Однажды я заметила это, когда стояла снаружи на вершине горы. Ни в подземельях, ни здесь.

“Интересный. Что ж, тебе больше двухсот. Кроме того, у вас, вероятно, есть какое-то сопротивление. Монстры, рожденные в подземельях, редко бродят снаружи. Ну, это полностью зависит от зверя, но обычно он нравится внутри или не нравится снаружи. Никогда не задумывались, почему звери здесь, на севере, никогда не приходили уничтожать ваши равнины? Или наши города в горах?» — спросил гном.

Илеа сделала глоток эля: «Я просто думала, что это слишком далеко. В некоторых частях мира животным это не нравится. Им нужна пища и климат в соответствии с их предпочтениями…»

— А также мана. — добавила она, поняв это теперь. Возможно, именно поэтому эльфы не любили входить в подземелья. Им не нравилась более высокая плотность. Монстры были как раз противоположными, как она предполагала, им не нравилась менее плотная мана.

Терок кивнул: «Точно. К тому же сейчас у меня нет денег, чтобы заплатить за безопасный путь вниз. Мне тоже не стоит. Может быть, как только я привыкну к своей продвинутой установке, но посмотрим, куда она меня приведет. На поверхности тоже есть что выиграть».

«Ну, я проверю это рано или поздно. Сначала хочу закончить свое текущее местоположение.

«Есть ли шанс поделиться этим со мной?» — с улыбкой спросил Терок.

Илеа усмехнулась: «Нет… может быть, когда-нибудь я лишу его чего-нибудь полезного для себя. А пока ты будешь довольствоваться моим стальным подарком.

“Справедливо.”

Некоторое время они молчали, прежде чем Илеа снова заговорила: «Есть идеи, как здесь люди реагируют на эльфов?»

Терок поднял брови и проворчал: «Не думайте, что у многих есть обида, как у вас, людей. Редко путешествуют на север и мало заботятся о гномах в горах. Почему ты спрашиваешь?”