Шрифт:
– Заместитель министра Щекун – тоже их человек?
– Нет, как раз нет. Он послал в Москву информацию о связях коммунистической партии Украины с националистическим подпольем и мафиозными структурами. Все то, что никогда не попадало в Москву через официальные сводки. Все то, что покрывалось годами. О том, что лагеря подготовки в Карпатах – действуют как минимум с восемьдесят девятого года, а после августа девяносто первого – они появились и под Киевом. О том, что в них преподают, в том числе действующие офицеры армии, МВД и КГБ. О том, что националисты развернули кампанию проникновения в молодежную среду, создают группы, занимающиеся вымогательством.
– Последнее. Я так понимаю – материал Щекуну дали блатные? Или деловые?
Смешок.
– Тебе сколько лет?
– Тридцать. С чем-то.
– Звание?
– Подполковник.
– Умный. Не по годам. Да, и деловым и братве не по душе оказалось, что нацики их поляну стали топтать, крыши ставить.
– То есть, Щекун был их человеком? – в лоб спросил я
– Кем был Щекун – это уже неважно. Важно то, что он был одним из немногих в министерстве, кто еще не лег под националистов. И вот теперь он мертв.
– Его дочь. У наркоманов что, бывает белая горячка?
Еще один смешок.
– Еще один плюс…
…
– Я одним из первых приехал на место. Ксения была невменяема, совершенно – то что-то орала, то бросалась на стены. Спиртным от нее разило наповал.
– Если наркоман выпьет много водки, что будет?
– Такое нередко происходит – наркоманы, чтобы легче переломаться, напиваются до бесчувствия, надеются обмануть ломку. Симптомы примерно те же самые.
– Что она употребляла?
– Героин.
– Вопрос, откуда она его брала, верно?
Действительно, такой вопрос возникал сразу. Рынок наркопотребления СССР был немалым – но он был специфическим. Ни героиновых, ни кокаиновых наркоманов – практически не было. На первом месте – шло потребление морфина, и морфинсодержащих препаратов – и кое-кто из врачей на этом становился очень богатым человеком. На втором месте шло потребление анаши. Анаша – это пыльца марихуаны, собирали ее весьма своеобразным образом – во время цветения раздевались догола, выскакивали на поле и бегали по нему, затем – аккуратно счищали пыльцу – получалась пыльца вместе с волосками и чешуйками кожи. Все это прессовалось и продавалось как анаша. На третьем месте была марихуана и опиаты, и то и другое – выращивалось в Южном Казахстане и Киргизии. В свое время – СССР занимал первое место в мире по культивации опиумного мака, его культивировали как раз в Киргизии и он шел на лекарства. Учета практически не было, до половины опия шло налево. Сейчас посадки сократили – и лекарств так много не надо стало, появились синтетические опиаты, и ситуация с преступностью вокруг опиума становилась совсем невеселой. Но нигде не было ни кокаина, ни героина. Кокаин – получается из листьев коки, которая растет только на американском континенте. Героин – для переработки опия в героин нужно сложное оборудование. С морфином все гораздо проще, его в аптеках, у врачей достают.
Впервые с героином я столкнулся в Кандагаре – его вырабатывали душманы и направляли в Европу, чтобы покрыть расходы на войну. Сами афганцы героин никогда не употребляли – у них прямо у дома росла отличнейшая конопля, лучшая в мире – набирай, суши и кури. Афганцы так же варили напиток из козьего молока с коноплей. Ходили слухи, что героин отправляют и в Союз в запаянных цинковых гробах – но никто никого за руку не поймал. А чтобы героин был здесь, в Киеве…
…
– Вы поставщика установили?
– Нет. Но наводку могу дать.
…
– Василий Шуляк, учится на юридическом. Четвертый курс. Снабжает всю Могилянку.
– Почему не берете?
– Его отец – руководитель секретариата Кравчука.
Ясно. Как становится ясно и то, зачем нас сюда дернули. Местные правоохранители – они здесь живут, у них дети ходят здесь в школу, они здесь получают квартиры, машины и все жизненные блага. И для того, чтобы на вконец охреневшее местное начальство все-таки была управа – и существуют союзные органы власти. И союзные правоохранительные органы – Генеральная прокуратура СССР, МВД СССР, КГБ СССР.
Только иногда – не срабатывает и это. Видимым симптомом тяжелой болезни всей системы – стало дело Гдляна – Иванова. Когда в деле появился сто тридцатитысячный обвиняемый, следователи поняли, что дальше – вся страна. Начавшееся в восемьдесят втором году с одного честного кладовщика в Подмосковье, который отказался подписывать фиктивный приемный акт на среднеазиатский хлопок, которого на самом деле не было – это дело привело к обвинению руководства целой республики, а нити коррупции – уходили далеко наверх, в московские высокие кабинеты. Это дело, начавшись как уголовное – стало политическим, потому что стало понятно – вся республика живет по каким-то другим, не имеющим ничего общего ни с социализмом, ни с Уголовным кодексом законам. А теперь – меня бросили сюда, пытаясь, видимо, инициировать второе дело Гдляна – Иванова – только по обвинению Украины. Вот только я не хочу иметь с этим ничего общего – даже если в конце светит значок народного депутата 34 .
34
Тельман Гдлян стал народным депутатом СССР. Дело, известное как «узбекское» развалилось вместе с развалом СССР, тех, кого успели осудить – перевели в Узбекистан для отбывания там наказания – и с триумфом освободили. Узбекское дело сыграло важнейшую роль в развале СССР, став одной из причин восстания региональных элит. Известно, что точно такое же дело готовилось и против руководства Украины.
– Ясно. Ксению Щекун вообще пытались допросить хоть как-то? В деле нет ни одного протокола допроса.
Вообще то это п…ц. Ну, хорошо, не допросили Щекун. Но как можно было не допросить водителя Щекуна? Коллег по работе его и работе матери? Возможно, Щекуны что-то рассказывали о проблемах с дочерью. Сокурсников Ксении? Возможно, у нее был жених. Вообще ничего не сделали, если бы простому районному прокурору принесли так оформленное дело об убийстве – он бы руки оторвал. А тут – ничего.