— Я постараюсь, Лана, не волнуйся. Я уже здоров, Ворон все же. Да и лечение помогло.

— Хорошо. Еще что. Надо будет себя привязать за талию и к веревкам. А то могу и кувыркнуться вниз головой. Так что тяжесть внизу компенсирует меня в вертикальном положении. Главное, чтобы тебе не было тяжело. Если что сразу опускайся. Понял?

— Хорошо. Я тебя понял.

На том и решили, что летим завтра, после всех своих бытовых дел, поедим и вперед. А сейчас приступили к приготовлению отдыха и сна, переговариваясь и посмеиваясь.

Утром сделали так, как и хотели. Потом взлетели, и Ежин понес меня вперед к нашим новым приключениям.

Глава 40

Мы летели над верхушками деревьев, хоть и не так высоко как он обычно летал, но мне было достаточно высоты и немного страха. Мои веревочные качели раскатывались и иногда довольно сильно, и я кричала Ежину остановиться, чтобы восстановить вертикаль. Потом снова летели. Я осматривала округу и пыталась найти хоть какое-то подтверждение моему слабому карточному опыту в определении пути следования. Но увы, попытка была, а вот куда вела, неизвестно. Опять до горизонта зеленое море леса.

Время шло, и видно было по махам крыльев Ежина, что тот уже устал. Я прокричала остановку и выбрала внизу небольшую прогалинку между деревьями. Туда и высадились. Я еле стояла на ногах, а Ежин так и вовсе упал на спину и закрыл глаза, часто задышав.

— Может, сегодня дальше ногами пойдем? — спросила я, наклоняясь над его лицом.

Ежин только кивнул и вновь закрыл глаза. Я устроилась недалеко и принялась готовить ему и себе незатейливый перекус. Еще немного дней в этом лесу и мы будем голодать.

— Надо найти селение и людей. Там можно и подхарчиться. Только что уж продавать? Ничего у нас нет, даже мой талисман, от принца, и тот сорвал Кадо. Зачем он ему? Показать, чтобы расстроить моей, якобы, смертью? Но так ли я тому нужна, чтобы расстраиваться. Сомнительно. Это я бы расстроилась, зная, что влюблена, а принц? Да что я об этом могу знать, — одернула себя и нахмурилась, — сейчас главное — это населенный пункт. Только где он.

И я вновь вынула из тубуса карту. Уже столько раз пыталась что-то в ней понять, что почти выучила наизусть. Только воз и ныне там, как говорится — мы заблудились.

— Знаешь что, — сказала Ежину, — Лети-ка ты один. Сам поищи. Тебе будет легче без меня.

— А ты? — спросил с полным ртом, глядя с удивлением, — Ты-то как? Здесь будешь ждать? А если пойдешь, то, как потом найду?

— Ждать не буду. Пойду по ходу вперед, как и задумывали. Может быть, наткнусь на людей. А так мы с тобой будем долго плутать. А порознь быстрей выйдем и пошлем сообщение в столицу. Рут говорила, что недалеко от их селения был городок. Вот думаю, что этот значок. Очень уж, похоже, — и ткнула в небольшой значок и рядом еще какой-то знак в виде треугольника.

— Нет, мы потеряемся опять, — вскочил Ежин на ноги, — Я смогу тебя нести. Вот немного отдохну и опять летим.

Я смотрела на него такого решительного и убежденного в своей силе, что невольно улыбнулась.

— Ты мне не веришь? — резко вскричал он, поймав мой взгляд.

— Ой, ну, что ты, — проговорила мягко, — конечно, верю. Но ты еще не оправился от раны и мало у тебя опыта полета с обузой. Боюсь, что этим мы оба подвергаем себя опасности. А если ты не выдержишь и рухнешь вместе со мной? Убьемся, а мы не вправе, у нас ценная информация и она должна быть доставлена. Поэтому надеюсь на тебя. Ты сделаешь это намного быстрей.

Ежин смотрел и слушал молча. Потом кивнул.

— Согласен, но при одном условии, что ты найдешь через сутки хорошую полянку и расстелишь в его середине вот это одеяло для знака мне. И будешь также делать на каждой такой полянке по своему ходу. Конечно, это мало для ориентира мне с воздуха, но все-таки хоть что-то. Сейчас мы с тобой так и сделаем: положим, потом я отлечу в сторону и вернусь, сделав круг. Посмотрю на это сверху. А потом решим. Хорошо?

Я улыбнулась его мальчишескому решению, но согласилась.

— Где он будет меня, потом искать в этом зеленом массиве с его многочисленными полянками? Абсурд. Но пусть попробует.

Он взлетел высоко, сделал большой круг и, снизившись почти до верхушек, прокричал. В звуке его слышалось ликование. Но я понимала, что так можно найти, только если знать направление хода, а здесь он и не отлетал далеко. Главное, надо было убедить его лететь и передать сведения. Я же опять буду надеяться на мой любимый «авось».

Так и получилось. Рано утром мы простились. Я повесила ему на шею тубус, небольшой узелок с хлебом и мысленно перекрестила, поцеловав его в лоб и щеки. И еще долго смотрела, как он набирал высоту, потом сделал круг надо мной, громко просвистел и рванул вперед. Постояв немного, вздохнула, собрала свои узлы и пошла, помолясь, вперед, еще не зная, куда и что меня ждет.