Выпуск

— Вот!!!

— И-и-и ВСЕ!!!

Начищенные до блеска монеты взмыли над парадным строем, сверкая на полуденном солнце праздничным фейерверком. Молодые подпоручики прошли мимо трибуны печатая шаг, и выдерживая строгое равнение. Сегодня каждый из них старался не ударить в грязь лицом не за страх, а за совесть. Потому что это самый важный день за все четыре года обучения, и к нему подошли ответственно даже законченные разгильдяи.

Виктор смотрел на новоиспечённых офицеров, ощущая как ему сдавливает грудь, к горлу подкатил твёрдый ком, а глаза щиплют готовые пролиться слезы. Он должен быть среди них! Должен вот так же, идти парадным строем, плечом к плечу с однокашниками, как бы они друг к другу не относились. Это ему должны махать столпившиеся вокруг зрители, среди которых лишь малая часть является родителями и родственниками выпускников.

Да, Нестеров оставил всех их позади. За его плечами серьёзный боевой опыт, и звание у него выше. Из всего выпуска погоны поручика получили только двое. Он отмечен высокими боевыми наградами республики. Но вот стоит сейчас в первых рядах зрителей и откровенно завидует этим счастливым мальчишкам. Им только-только предстоит встать на тот путь, по которому он уже идёт, но они счастливее его.

— Витя. Витя, ты чего? — почувствовав его настроение потеребила его за руку Таня.

— А? Нет, ничего.

— Мне так не кажется. Такое впечатление, что ты сейчас заплачешь, — в самое ухо произнесла она.

— С чего ты взяла, — нервно ответил он, и быстро проморгался, чтобы и впрямь ненароком не пустить слезу.

— Брось, они же простые желторотики, и это они должны завидовать тебе, — прижавшись к его плечу, горячо прошептала она ему в ухо.

Будто он сам этого не понимает. Как и того, что позволил себе совершенно недопустимые телячьи нежности. Вот только ничего не мог поделать с обуревавшими его чувствами. Ему хотелось быть среди них, и точка!

— Витя! Витя! Насилу тебя сыскал, — выпалил пробившийся сквозь толпу Аршинов, — Здравствуй Таня.

— Здравствуй Рома. Поздравляю, — поцеловала она его в щёку.

— Спасибо. Так, давайте за мной, — решительно произнёс друг.

— Куда? — удивился Виктор.

— Много вопросов, товарищ поручик. Шевели поршнями, — и не думая вдаваться в объяснения, потянул его Аршинов.

Виктор переглянулся с Татьяной, та лишь пожала плечиками, мол, это же Рома, что объясняет многое. Ну и пошли за ним, не в силах потеряться в толпе, так как тот сжимал руку Нестерова, а он в свою очередь невесты.

— А вот и мы! Встречайте мой сюрприз! — возвестил во всеуслышание Роман, когда они приблизились к большой группе молодых офицеров.

Выпускники как раз сбивались для общего фото, с командованием училища, командиром роты и взводными. Есть такая традиция, фотографироваться сразу после прохождения торжественным маршем. Вот только посторонним там не место, лишь лица причастные, и никак иначе.

Виктор ожидал чего-то подобного. Но признаться, полагал, что это будет фото в кругу семьи Аршиновых. Благо приметил среди зрителей Анну Фёдоровну, как видел и Данилу, участвовавшего в организации мероприятия. Но никак не предполагал, что друг потянет его сниматься на общее фото.

Реакция выпускников оказалась неоднозначной. Большинство возбудились, и поспешили обступить бывшего однокашника, но немало нашлось и тех, кто воспринял его появление, если не в штыки, то с некоторым раздражением, если не сказать враждебностью.

Причём это относилось не только к устоявшейся группе дворян. Он не был одним из выпускников, распрощавшись с однокашниками после второго курса, и этим всё сказано. К тому же, Владивосток ещё не забыл скандальную дуэль недельной давности, и моментально закрепившейся за ним репутации бретёра. А в особенности того, что он добил уже беспомощного противника. И плевать, что всё было в пределах дуэльного кодекса. Офицерская честь требует проявления великодушия даже на поле боя, что уж говорить о поединке.

— Здравия желаю, товарищ полковник, поручик Нестеров, — подойдя к начальнику училища, бросил он ладонь к обрезу фуражки.

— Здравствуйте, поручик. Пришли посчитаться с кем-то за старые обиды? — холодно поинтересовался Родин.

На Виктора словно ушат воды вылили. Он на секунду опешил от подобной встречи, но всё же совладал с собой, и улыбнулся в ответ.

— Просто хотел поздравить своих однокашников с выпуском.

— Это дело хорошее. Несмотря ни на что, молодым офицерам есть чему поучиться у георгиевского кавалера, успевшего оставить за плечами две войны, — и уже к окружающим. — Товарищи офицеры, мы будем фотографироваться с выпускниками, или нет. У меня не так много времени, как хотелось бы.

При этом нужно было быть полным остолопом, чтобы не понять, к чему он сделал акцент на выпускниках. Как ни крути, а Нестеров до выпуска не дошёл. По факту, он был отчислен и являлся, пусть и необычным, но всё же пиджаком, офицером не имеющего за плечами военного училища.

Без лишних слов Виктор отошёл в сторону, подмигнув при этом опешившему Роману. Того настолько возмутило это, что он порывался было не фотографироваться, но друг подал ему знак, чтобы не дурил. Вернулся к Татьяне и приладив её ручку у себя на локте, направился в сторону Анны Фёдоровны.