— Креолла Эльфат, — произнесла, сдаваясь напору. — Девалион заменял господина Жермена в Академии, больше я ничего о нем не знаю. Встретила на занятиях впервые. Где его искать, не знаю. Полагаю, что в столице.

Он мне не верил. Его подозрительные темные глаза говорили об этом угрожающим блеском.

— Врешь! Ты должна знать! Вы же так откровенны с друг другом. Ну! Говори! — он схватил стакан и выпил из него половину. — Что ты вообще делала в Академии под иллюзией императорской дочки?

Я бы призналась. Во всем. Если бы он не совершил эту глупость. Когда он прикоснулся к чистейшему стакану своими мерзкими пухлыми губами, меня едва не стошнило. И надо же, дар был со мной согласен. Брезгливость превысила жажду.

— Спросите кого-то другого, я не знала Девалиона до недавнего времени, когда он сменил господина Жермена. О! Спросите у него! Это же он привел себе замену. Или у ректора. Я здесь причем?

Его глаза наливались кровью по мере того, как я неуклюже пыталась отвлечь внимание от своей персоны. А еще… я, кажется, не могу сказать, для чего я здесь. Хотела бы, но какой-то блок в сознании не даёт. Магия? А вот это неожиданно!

— Спросил! Будь спокойна. И Жермена твоего спросил, и ректора. Оба сидят в камерах. И молчат. Я еще найду способ, как вас троих разговорить. Господин Билмор, подойдите сюда.

Я, признаться, уже и забыла, что кроме нас здесь кто-то есть. Точно, мужчина с завязанными глазами.

— Господин Ледир, я вас слушаю, — произнес он довольно спокойно, явно находясь тут добровольно, а не по принуждению или приказу.

— Что вам удалось выяснить? — рявкнул мой мучитель.

Неизвестный мужчина выглядел весьма удивленным.

— Ничего, я по-прежнему жду.

Ледир рассвирепел и выругался, но тут же взял себя в руки.

— Что значит ждете? Мы уже полчаса беседуем с подозреваемой, вы должны были читать ее мысли. Вы же Дракон, господин Билмор.

Мужчина передернул плечами, скривил рот и поправил белоснежные манжеты.

— За все время, что я здесь нахожусь, не слышал ни одной мысли. Ваши, как обычно, скрыты артефактом… и у вашей подозреваемой, кажется, тоже. Простите, не обратил внимания сразу. Секунду. Он сделал пас рукой, рассекая воздух. — Все верно. Мощнейший артефакт. Куда более сильный, чем ваш.

Я стояла, следя за ним, затаив дыхание, и потихоньку начинала понимать, что происходит. Ледир решил проверить меня с помощью Телепатии, одного из видов Драконьей магии. И этот Билмор — какой-то Дракон, который сотрудничает с департаментом правопорядка. Но он не смог слышать мои мысли потому… потому что господин Эйнир перед тем, как выпустить меня из-под ареста, надел на шею тонкую золотую цепочку с сапфиритом. Пока я была Кирстенией, никого не интересовало магическое украшение и не привлекало внимания. А сейчас… меня разоблачили.

Ледир был в бешенстве. Но при постороннем держался.

— Его можно снять? — процедил сквозь зубы, буравя меня ненавидящим взором, словно я виновница всех его неудач.

— Попробуем.

Меня подтолкнули ближе к Билмору. И тут я пожалела, что есть этот артефакт. Я ведь могла бы мысленно попросить его помощи. Но увы, сейчас никак. Только если…

— Помогите мне… — прошептала еле слышно, но Ледир, к несчастью, услышал. Дернул меня за волосы, потом угрожающе сжал шею сзади. Нет, я обречена.

Между тем молодой Дракон нащупал цепочку и взялся за нее. Ну же, сними!

Увы, не поддалась. Слишком он слаб против императорских артефактов.

— Вы свободны, господин Билмор, — разочарованно махнул рукой ненавистный мучитель.

— Сожалею, что не смог помочь, сэр. Эта девушка опасный преступник?

– Очень. Я бы на вашем месте не обманывался нежным голоском. Здесь попахивает государственной изменой, и возможно, причинением вреда члену императорской семьи, — задумчиво произнес мой кошмар наяву.

— Тогда почему же вы не отправите ее в столицу? Правила, кажется, так приписывают. — Ох, да Дракон-то не совсем дурак!

— Вы задаете слишком много вопросов, господин Билмор. Я не считаю нужным вам объяснять, но скажу одно — еще немного и она во всем сознается. Я просто хочу облегчить работу столичному департаменту, у них там и так дел по горло. Все просто. А мы тут штаны протираем. Я близок к раскрытию преступления. Дело лишь в этом.

— Понимаю, господин Ледир, как я вас понимаю. Извините, что не смог помочь.