— Если повезет, он не читает «Трибьюн». Он похож на парня, что читает «Таймс». У тебя может быть немного времени.

Джули рассеянно кивнула. Где-то в глубине души ей хотелось умереть. Но ближе к поверхности кипел гнев. И она точно знала, куда его направить.

— Лучше бы у меня было время, — пробормотала она, направляясь в спальню, чтобы переодеться. — Потому что сначала мне нужно сделать чертовски важную остановку.

Глава 15

Митчелл нажал повторный набор в четвертый раз.

— Ну же, возьми трубку, сукин сын, — пробормотал он.

— Чувак. Скажи мне, что это за ситуация с повторным набором номера. Сегодня воскресенье.

Митчелл резко выпрямился при звуке голоса Колина. Наконец-то.

— Чувак, я знаю об этом. Нам нужно поговорить.

Короткая пауза.

— Ладно, поговорим.

— Не по телефону. Мне нужно увидеть тебя лично, — ему нужно было посмотреть в глаза Колину и очень, очень ясно выразить свою позицию.

— Да ладно, чувак, я собираюсь пригласить женщину на поздний завтрак. Она уже несколько дней меня об этом просит.

Тот факт, что у Колина была женщина, удивил Митчелла. То, что Колин назвал ее «женщиной», не удивило.

Митчелл посмотрел на свои часы.

— Ни одна приличная закусочная не работает раньше одиннадцати. Дай мне пятнадцать минут.

Колин издал жалобный вздох, и Митчелл понял, что любопытство борется с неудобством.

— Пожалуйста, — наконец сказал Митчелл.

— Ладно, хорошо, но ты приедешь ко мне.

— Договорились, — сказал Митчелл. — Ты живешь на улице Парк, верно? Это недалеко от моего дома.

— Меня нет дома.

Митчелл снова откинулся назад.

— Где ты?

— У моей женщины. Она живет в Виллидже.

Чёрт. Митчелл только что уехал оттуда.

— Не могли бы вы развернуться, пожалуйста? — пробормотал Митчелл своему таксисту. — Планы изменились.

Таксист выглядел раздраженным, но он сделал первый поворот налево и направился обратно на юг. Митчелл назвал адрес, который ему назвал Колин.

— Спасибо, Колин, — сказал он.

— Только побыстрее, — тихо сказал Колин. — Она злится, пока не получит свою мимозу.

— Звучит мило, — пробормотал Митчелл и повесил трубку.

Ему нужно было забыть об этом дерьме с пари, чтобы двигаться дальше с Джули. Впервые он понял, что отношения не имеют ничего общего с совместимостью, взаимными целями или общими интересами в кино. И любовь не измерялась днями, проведенными вместе, или разговорами о любви.

Любовь просто была. Любовью была Джули.

И не только сегодня, или завтра, или в ближайшем будущем. А на всю жизнь, как бы безумно это ни звучало.

Но если годы работы на Уолл-стрит и научили его чему-то, так это тому, что интуиция имеет значение. Даже если здравый смысл подсказывал ему, что есть риск, даже если практичность говорила ему, что он знает кого-то всего месяц, иногда интуиция подсказывала, что лучше.

И его чутье определенно говорило ему, что он хочет провести всю жизнь со счастливой, но хрупкой женщиной, которая перевернула его жизнь своими солнечными улыбками.

И будь он проклят, если рискнет потерять ее ради билетов на бейсбол.

Митчелл постучал в дверь по указанному Колином адресу и с облегчением отметил, что дверь открыл сам Колин, а не изнеженная примадонна.

Он присвистнул, когда вошел внутрь. Снаружи дом выглядел как обычный особняк, но внутри определенно пахло деньгами. По нью-йоркским меркам, помещение было огромным, и все — от паркетных полов до современного термостата на стене — говорило о недавнем ремонте.

— Семейные деньги, — сказал Колин в качестве объяснения. — Ее мама — глава одной из этих огромных косметических корпораций или что-то в этом роде.

Митчелл не мог перестать оглядываться по сторонам. Конечно, это был не настоящий Пикассо.

— Где маленькая наследница? — тихо спросил он.

— Прихорашивается, — ответил Колин, делая рывок в сторону того, что, по мнению Митчелла, было ванной комнатой. — Она будет там несколько часов. Здесь есть офис, где мы можем поговорить.

Митчелл заметил, что Колин что-то суетливо делает со своими руками. Он постукивал одним кулаком по ладони, затем менял кулак и делал то же самое с другой стороны. Снова и снова, и снова.