Они оказываются тёплыми. Не знаю, почему моё сознание выцепило эту крохотную деталь и перестало фокусироваться на том, что я должна атаковать. Я останавливаюсь, просто не зная, что делать дальше.

– Если поймали, – терпеливо поясняет Айден. – Атакуй свободными конечностями не ту руку, которая тебя держит, а корпус. Чаще всего он в таком положении не защищён. Помни о болевых точках. Пах, солнечное сплетение. Второй вариант бесполезен, если противник в очень хорошей физической форме, мышцы его спасут. Если нет доступа к корпусу, бей по локтевым сгибам или носу. Ключицы и шея тоже слабые места, но их легко защитить.

Сконцентрировавшись, я почему-то расслабляюсь. Из-за парадоксального отсутствия страха я в силах обдумать каждый свой следующий шаг. Ограничения по времени нет, по крайней мере, пока Айден терпеливо ждёт моего выпада.

На выдохе я наношу резкий удар ребром ладони по сгибу его локтя. Сомневаюсь, что этой жалкой атаки достаточно, чтобы ослепить его болью, но Айден отпускает моё запястье.

А я продолжаю. Толкаю его плечом назад, наношу удар кулаком снизу, от которого телохранитель уворачивается, плавно уйдя в сторону.

– Хорошо, – одобрительно кивает он.

Почему-то я улыбаюсь. Разгорячённая кровь разливается по телу, согревая и прогоняя то давящее со всех сторон напряжение, которое преследует меня последние несколько дней. Я провожу ещё несколько быстрых атак, и Айден, легко избегая их, подсказывает, в чём были ошибки и как сделать лучше. Я внимательно слушаю каждое его слово и почти сразу же повторяю удары по воздуху с учётом новых корректировок. Адреналин и ощущение, будто бы я что-то могу, опьяняют.

Ровно до того момента, пока Айден, избежав очередной атаки, не оказывается у меня за спиной и не берёт меня в захват. Весь жар и пыл, обуревающие меня до этой секунды, бесследно исчезают, будто схлынув. Их место занимает парализующая вспышка страха.

Я не поддаюсь ему целиком всего лишь из-за одной детали: отсутствие боли. То, насколько осторожен Айден, сбивает с толку и меня, и мой страх. Его руки крепко удерживают меня со спины, блокируя почти всё, кроме ног, но не давят на шею и грудь. Спиной я чувствую два ремешка от его портупеи.

– Один из немногих способов выйти из захвата – это рывок корпусом вниз, – безмятежно поясняет телохранитель. – Но здесь нужна сила и правильный момент. Повезёт, если противник хватает не за шею. Там будет всего несколько секунд, пока не потеряешь сознание. Но и без этого никто не даёт гарантий, что рывок сработает. Пробуй.

Я зажмуриваюсь и со всей силы подаюсь вперёд, пытаясь вырваться напором танка. Но Айден даже не двигается с места – он чертовски силён. Я скорее ощущаю, чем вижу, как он покачивает головой и поправляет:

– Наклон больше вниз, так противнику тяжелее устоять на ногах. Сгруппируйся. Сосредоточь в рывке всю силу, упор на чуть согнутых ногах.

Почему-то я думаю о том, что это первый раз, когда Айден разговаривает так много и так долго. Встряхнув головой, я концентрируюсь только на управлении своим телом. А это труднее, чем кажется. Правильно распределить силу, сгруппировать нужные мышцы и не растратить на это большую часть сил – та ещё задача. Контроль над дыханием, движениями, окружением. А ведь это всего лишь безобидная тренировка.

Новый, как мне казалось, правильный рывок также не приводит к освобождению. Айден слегка переступает на месте, удобнее перехватывая меня, но дело даже не склоняется к победе. Да как это нужно сделать? Какой силищей мне нужно обладать? А ведь он даже не особо старается удерживать. От безысходности я сдаюсь, бросив попытки.

– Пробуй, – непреклонно повторяет Айден.

– Да как?

– Пробуй, пока не получится.

Я брыкаюсь, извиваюсь, пытаюсь рвануться и вперёд, и вниз, растрачивая драгоценные силы и сбивая дыхание. Осознание собственной слабости и непригодности вгоняет меня в отчаяние. Появляется даже шальная мысль укусить Айдена за руку, но даже для этого мне придётся постараться, дабы дотянуться головой вниз. Предусмотрительно.

Пытаюсь снова, снова и снова, и с каждым моим остервенелым рывком я будто бы пытаюсь освободиться не столь от мягкого захвата Айдена, сколько от… себя самой, наверное. От клетки, в которую закован мой рассудок. От эмоций, которые варятся где-то там, глубоко, близко к цепям, касаться которых запрещено. Особенно мне.

Повинуясь внутреннему порыву и инстинкту, я прекращаю прежние попытки, набираю в грудь побольше воздуха, вгоняя кислород в кровь, а после совершаю рывок назад. Айден оступается. В попытке сохранить равновесие он ослабевает хватку, и я тут же подаюсь вниз и выворачиваюсь, наконец-то освобождаясь от его захвата.