Лучше бы я молчала.

В какой-то момент Сэм оказывается рядом со мной. Куда подевался Уильям? Он же сидел на её месте… А, впрочем, неважно. В голове царит спасительная лёгкость, пустота и сонливость. Мне становится так тяжело думать, что я даже перестаю накручивать себя и не ощущаю больше прежнего напряжения. Хоть что-то у меня сегодня получается.

– Ты хоть ешь что-нибудь! – настоятельно требует Сэм, забирая из моей руки очередной шот. – Ты с ума сошла так хлебать?

Я скольжу туманным взглядом по закускам, которыми оказывается полон стол. Я тянусь к тарелке с какими-то мелкими роллами и беру один прямо руками. Плевать мне на палочки, сейчас мне бы с пальцами разобраться.

Я запоздало понимаю, что язык онемел от количества едкого алкоголя. Прожёвывая ролл, я толком не чувствую ни вкуса, ни текстуры. Фокусирую взгляд на Сэм и замечаю тревогу, с которой она приглядывает за мной. Интересно, жалеет ли она о том, что потащила меня сегодня с собой?

Краем зрения я замечаю, как один из парней этой компании поднимается вместе с рыжеволосой девушкой и ведёт её на танцпол, прямо в гущу толпы. Сэм лучезарно улыбается ещё одному, когда тот приглашает её туда же. Уильям же вопросительно поглядывает на меня, подсаживается обратно на уже освободившееся место Сэм и наклоняется к моему уху:

– Потанцуем?

Я отпиваю последний глоток коктейля. Усилием воли поднимаю взгляд на юношу и рассматриваю его улыбчивое лицо и мягкий, объятый лёгким опьянением взгляд. Он ничем не вызывает подозрений или опасений, но моё проклятое сердце колотится о рёбра, отбивая тревожный, испуганный ритм.

К чёрту.

– Да.

Да, я пойду с ним танцевать. Не умея абсолютно ничего из того, что мне предстоит делать. Плевать. Я могу себе это позволить. Я могу позволить себе потанцевать с парнем, которого совсем не знаю.

И, возможно, это исправить. Почему нет?

Когда я встаю на ноги, появляется такое чувство, будто бы их подменили на неуклюжие ватные палочки. Я цепляюсь за любезно предложенную руку Уильяма и позволяю ему вести себя в гущу толпы. Он ловко лавирует между танцующими посетителями и движется ближе к центру, где ослепительный яркий свет то и дело сменяется темнотой.

Меня начинает мутить. В голове поразительно пусто, тело кажется мягким, невесомым, будто стоит мне оттолкнуться от земли – и я взлечу. Никогда не ощущала себя настолько лёгкой.

Мой взгляд сам собой ищет мужчину в неуместном чёрном костюме. Но Айдена я так и не вижу – перед глазами кружит, кружит и кружит бесконечная череда незнакомых лиц, освещённых яркими ядовитыми прожекторами. Я пытаюсь влиться в танец, слежу за другими людьми, за их движениями, но никак не могу найти связь. Кажется, импровизирует здесь каждый.

Мне становится жарко. Душно. В центре помещения явно не хватает кондиционеров – свежий воздух сюда просто не добирается. Картинка перед глазами кажется обрывочной, размытой и какой-то ненастоящей, больше похожей на сон в лихорадочном бреду, чем на реальность. Грохочущая музыка отдаётся эхом, приглушается моим сознанием, как будто фильтром.

Руки Уильяма придерживают меня, а его тело повторяет мой неумелый танец. В какой-то момент юноша оказывается за моей спиной и слегка прижимает меня к себе, продолжая танцевать. На секунду я рада долгожданной опоре, на которую могу перенести хотя бы часть веса – тело снова кажется тяжёлым, будто налитым свинцом.

А потом меня охватывает такая сокрушительная волна паники, что поначалу я даже не понимаю, чем она вызвана. Я судорожно вдыхаю, сбившись с ритма. Аварийные реакции моего сознания наконец-то прорываются через опьянение. Чёрт возьми. Как же я надралась.

– Всё нормально? – Уильяму приходится почти кричать мне на ухо, чтобы перебить грохот музыки.

Ответить я не успеваю – к нам, хохоча, пробирается Сэм вместе с парнем из той же компании, что и сам Уильям. Девушка хватает меня за руки и начинает кружить на танцполе. Она так весела, так свободна и раскована, что я наверняка ощутила бы укол белой зависти, если бы на меня не навалила новая волна тошноты. Я сдерживаю позывы организма и обещаю себе как можно скорее найти барную стойкую и попросить воды.

– Слушай! – Сэм наклоняется ближе ко мне. – Ребята пригласили меня поехать с ними ещё в два бара, прогулять всю ночь. Я сразу сказала, что мы с тобой вдвоём, но ты такое за раз не осилишь. Ничего? Твой телохранитель ведь на машине. Справишься, когда захочешь уйти?

Я едва ли понимаю, что вообще она говорит. Я мысленно раз за разом повторяю услышанные слова, но общий смысл от меня ускользает. В сознании мелькает туманная горькая мысль: ребята не звали меня с самого начала, брали в расчёт только Сэм.