— Прости?

— Ну, сначала ты пытался поцеловать меня, а теперь пытаешься дать мне совет по отношениям?

— Расслабься, я не—

— Дейна, милая, ты присоединишься к нам? — Голос миссис Бенсон прорезал воздух, и напряжение закружилось вокруг нас, как нож.

— Ну, конечно, мам. Я буду через минуту. — На ее лице промелькнула боль.

— Послушай, Дейна, я не был—

— Просто… держись от меня подальше, Эйден. — Она ушла во двор и оставила меня стоять там.

Интересно, что, черт возьми, только что произошло.

***

На следующий день я проснулся от того, что кто-то выбивал дверь Карсона.

— Карсон, чувак, открой дверь, — крикнул я, перекатываясь, чтобы схватить свой телефон.

Черт.

Было уже больше половины десятого. Карсон уже давно ушел.

Я с разочарованным стоном откинул простыню и спустился вниз, чтобы открыть чертову дверь.

— Какого черта— ты, — сказал я, подняв бровь на Дейну.

— Привет. — Она слегка помахала рукой. — Я пришла с кексами и с извинениями.

— Ты испекла мне кексы с извинениями?

— Нет, их испекла моя мама, и я решила украсить их маффинами с извинениями. Прошлой ночью я была стервой.

— Ты мне ничего не должна. — Я пожал плечами, проводя рукой по своим взлохмаченным волосам и вниз по затылку.

Взгляд Дейны опустился на мою обнаженную грудь, двигаясь все ниже и ниже, пока она не уставилась на мой очень заметный утренний стояк.

— Э-э, черт, — я сунул туда руку, пытаясь скрыть невозможное.

Но я не мог отрицать, что мне нравилось чувствовать на себе ее взгляд или легкий румянец на ее щеках, когда она нагло разглядывала меня.

Может быть, веснушка все-таки не была такой уж невинной.

Интересно.

Но у нее был парень, и чего я никогда не делал, так это связывался с девушкой, у которой был парень. Это было слишком грязно.

— Ты действительно любишь кексы, да? — Застенчивая улыбка тронула ее губы, но я увидел жар в ее взгляде.

— Я буквально только что проснулся. Это простая биология.

— Конечно, продолжай говорить себе это, — ее улыбка стала шире.

Да. Она мне нравилась такой. Флиртует, игривая и смотрит на меня с едва уловимым интересом в глазах.

Остановись, придурок. Она недоступна.

— Так я могу войти, или мне придется стоять здесь все утро?

— Я… э-э, ты зайдешь?

Это было гребаной новостью для меня.

— Да, — кивнула она. — Если ты отойдешь в сторону и впустишь меня.

Не имея особого выбора, я отступил назад, и Дейна проскользнула мимо меня, направляясь по коридору Карсона. Что-то в ее поведении, как будто она знала этот дом почти так же хорошо, как свой собственный, беспокоило меня больше, чем следовало бы.

— Здесь есть кофе? — спросила она.

— Тебе нужно заварить новый, — ответила я, плетясь за ней.

Я был недостаточно бодр для этого. Она. Маффины с извинениями.

— Я могу это сделать. — Она поставила контейнер на стойку и включила кофеварку. — Сливки? Сахар?

— Черный, пожалуйста.

— Почему я не удивлена? — На ее лице снова появилась та самая улыбка, но я не клюнул на наживку.

Я откашлялся: — Не пойми меня неправильно, но что ты здесь делаешь?

— Ты можешь винить в этом моих родителей. Похоже, они думают, что тебе нужен гид, раз Карсон занят.

— Мне это не нужно.

— Это именно то, что я им сказала. — Она слегка раздраженно фыркнула. — Но на случай, если ты не заметил, мои родители могут быть очень убедительными. Кроме того, я действительно чувствую себя неловко из-за того, что была груба с тобой.

— Да, ну, как я уже сказал, ты мне ничего не должна.

— Ты всегда такой гостеприимный?

— До десяти утра и как минимум двух чашек крепкого кофе? Можешь поспорить на свою задницу, что так оно и есть.

— Я думала, что все спортсмены колледжа должны придерживаться строгой диеты и режима тренировок в межсезонье.

— Неужели я выгляжу так, будто нуждаюсь в строгой диете и режиме тренировок? — Не в силах удержаться, я провел рукой по своей упаковке из шести банок, и Дейна покраснела. Но она была права — я действительно должен был придерживаться своего графика тренировок, иначе тренер надрал бы мне задницу.

— Можешь ли ты… э-э, пойти надеть рубашку или что-нибудь в этом роде?

— Почему? Тебе неудобно из-за моего пресса? — Я напряг свои грудные мышцы, и ее глаза превратились в блюдца.

Дейна развернулась и притворилась, что готовит кофе, но я заметил, как кончики ее ушей тоже порозовели.