Алтарь со следами крови также в наличии. Клеток с пленниками только не хватает.

— «Шед-ан».

В голове раздалось противное шипение, и я резко обернулся.

— «Жда-л теб-я»

Увидел справа позади подобие трона, на котором возвышался Ящер неимоверных размеров в просторных синих одеждах.

— И тебе привет, хвостатый. Поговорим?

— Беги, Роман. — выкрикнула Орша.

Блин, который раз слышу это за сегодня.

Чужая Воля сковала меня, вдавливая в пол и не давая возможности шелохнуться. Ощущения, будто держу на плечах бетонную глыбу размером с дом. Рухнул и приложился лицом об пол.

— Он на средней стадии Вознесения, — сухо констатировала Орша.

— Да уж я понял, что силен.

Из последних сил вывернул голову и увидел, как ко мне направились слуги. Ткнули копьем под ребра и забрали кукри. Почувствовал резкую боль, из раны потекла кровь. Меня схватили и потащили на поклон к главгаду.

— «Слаб-ый, уб-ил мног-их» — раздалось в голове.

— Угу, и тебя убью.

Послышалось шипящее бульканье.

— «Сил-а, стан-у сильн-ее»

— Только через мой труп.

Ящер забулькал пуще прежнего. Махнул лапой, и меня потащили к алтарю.

Где-то мы это уже проходили. Я по-прежнему не мог пошевелиться, и картинку происходящего видел краем глаза. Мелькнул жрец, я сразу получил лапой по лицу. Потом ещё и ещё раз. Кровь брызнула из носа и с разбитых губ.

«Зубы не трожь, зараза. Страсть как не люблю стоматологов»

— Ящер мольбам не внял, вдарил под челюсть чем-то тяжелым, отчего я чуть не подавился осколками зубов.

Меня закинули на алтарь и сорвали костюм. Жрец споро занес ритуальный кинжал, и замер как вкопанный.

Алтарь был уже почти пуст, а я наконец-то накопил энергию на прорыв.

— Орша, давай!

Сознание привычно отошло на второй план. Оршала призвала Волю, и меня разом отпустило. Зато накрыло всех остальных, да еще как. Жреца и слуг просто расплющило на полу. Главгад дрыгал конечностями на троне, из пасти струилась пена.

Я собрался подлететь к нему и добить, но услышал окрик Оршалы.

— Не смей. Я не буду убивать твоих врагов.

— Не понял.

— Это твои враги, не мои. Справляйся с ними сам. А сейчас найди пленников. Долго держать реплилоидов не собираюсь.

— Понял.

Я вылетел из зала и повсюду наблюдал одну и ту же картину. Ящеры валялись на полу в смешных позах. Отвесил бы им пинка, так нечем.

Орша почему-то озлобилась и отказалась подсказать, где искать пленников. Пришлось шевелить булками. Дворец, а это был именно он, как назло, оказался огромный. На поиски пленников пришлось потратить час, но результат того стоил. В подвале нашлось сразу две сотни клеток. Почти все оказались заполнены живыми людьми. Я метался от клетки к клетке и у каждой перерубал решетки с помощью кукри. Вроде просто, но количество Системных прутьев просто зашкаливало. Когда Орше вконец надоели мои мучения, она разрушила клетки разом.

Я собрал вместе измученных пленников. Примерно треть из них уже не могла самостоятельно передвигаться. Пришлось взбодрить тех, кто стоять мог, и те подхватили лежачих. Вывел людей к тронному залу, построил в колонну по двое и направил в портал. Сам дождался, когда пройдут последние, вырвал алтарь из пола, взвалил на спину, и был таков.

***

Солдаты толпились в стартовом зале. Портал забаррикадировали, оставив узкий лабиринт прохода, и окружили арбалетчиками. Сам-то я, протиснуться мог, а вот алтарь уже не пролезал. Орша смела баррикаду, за что я ей был очень признателен и отключила сознание.

Алтарь сгрузил у ног Романенко, прямо под его ошалелым взглядом. Генерал встретил меня как родного, забыв былые обиды. Даже чуть обниматься не полез, но в последний момент разглядел, что я весь в крови и передумал.

— Роман, — обратился он ко мне, — прости старика. Я тебе по гроб жизни теперь обязан. Дивизия цела, крепость захвачена, по новостям крутят бой с Китайцами. Саратов и Оренбург освободят к концу дня. Вдобавок, ты еще Ящерам навалял и людей освободил. Красота. Орден за заслуги перед отечеством — не меньше.

— Генерал, — устало сказал я. — засуньте орден сами знаете куда. Не стоит он жизни людей. Сегодня чертовски паршивый день.

— Ну, ты это, Роман. Давай, приходи в себя. Тебя теперь в Москве ждут. Транспорт будет с утра.

Я устало кивнул и положил руку на алтарь.

— Это надо доставить в Петербург, прямо в добрые руки Забабурина Евгения Михайловича. Сдюжите?

Генерал мазнул рукой по кровавым разводам.

— Знаю такого, сделаю в лучшем виде. А что это, если не секрет?