– Ну и что, этот мужик тут же стал стрелять?
– не удержался от вопроса Ильин.

– Нет, не сразу. Он этих кавказцев обматерил как следует и стал грозить, что расправится с ними. Ну и тогда здорово завелся этот молоденький "азер", взял металлический прут, встал с ящика и пригрозил избить мужика. Тут и раздались выстрелы. Ну, а меня он не тронул. Ушел за угол, а я рванул в другую сторону. Я уже вам говорил.

– Ты ничего не забыл? Все рассказал?

– А то нет?! Какой мне резон скрывать?

– Ну, а узнать его сможешь? Сейчас мы тебе его фото покажем.

Володька замялся, было видно, что он боится.

– Послушай, Володя, - вкрадчиво начал Кондратов, - вот видишь Уголовный кодекс. Так вот, скажу тебе по секрету, имеется в нем статья за недоносительство о тяжком преступлении. А здесь двойное убийство. Не станешь с нами сотрудничать - посажу.

– Да не надо его сажать, - вновь вступил в игру Ильин в роли "доброго" следователя, - он нам сейчас все расскажет как на духу. А то ведь пока он тут у нас в камере сидеть будет, его приятель Мишка выпьет всю водку и ему ничего не оставит.

По тому, как пошло пятнами Володькино лицо, стало ясно, что Ильин попал в точку.

– Давайте несите сюда свое фото. Если это он, то скажу прямо, ну, а если не он, врать не буду, греха на душу не возьму.

– Нам и не надо напраслину на людей возводить. Скажешь нам только правду.

Увидев фоторобот, Володька аж присвистнул:

– Ну вы даете! У вас уже его фотка имеется. Только тут у него глаза какие-то стеклянные, а на самом деле он так и зыркает ими по сторонам, словно ждет внезапного нападения. И челюсть у него не такая тяжелая, как нарисована. А так похож, хотя и не очень сильно.

– Еще пара вопросов, и ты свободен. Скажи, он после стрельбы бежал или все-таки шел?

– Нет, не бежал, а шел, только быстро. И раза два оглянулся. Я стоял, шелохнуться боялся, думал, пальнет мне вслед.

– Ну и последнее. Откуда он пистолет достал: из пиджака или из-за пояса?
– задал вопрос Ильин, надеясь узнать, как лучше подстраховаться в момент возможного задержания такого опасного типа.

Володька наморщил лоб, пытаясь вспомнить детали того страшного вечера. Затем вздохнул разочарованно:

– Нет, ребята, не помню. Все произошло быстро, неожиданно, да и выпивши я немного был, не помню.

– Ну ладно, и на том спасибо. Можешь идти. Только о нашем разговоре ни гу-гу. Никому: ни жене, ни теще, ни другу Михаилу.

– Да что я, не понимаю?
– обиделся Володька.
– Я на границе служил. Раз вызывает меня и друга моего Константина сам начальник заставы майор Парамонов и говорит...

– Все, "погранец". Вечер воспоминаний закончен. Поспеши в свой подвал, а то нюхом чую, Михаилу уже надоело тебя ждать.

Володька прервал воспоминания и быстро вышел из кабинета, радуясь и обретенной свободе, и возможности допить с дружком давно початую бутылку.

– Ну, что скажешь, Ильин? Как тебе нравится этот нервный тип с пистолетом? Он, кажется, готов палить в любого, кто скажет ему грубость или нахамит.

– Да таких, как он, тысячи бродят по улицам города, они всех ненавидят и готовы вцепиться в горло любому, кто их обидит словом или даже взглядом.

– Да, но не все же стреляют. Одно дело мысленно разорвать врага на куски, а другое - убить в натуре.

– А может быть, у других просто оружия нет, а у этого типа есть. Вот ещё один аргумент в пользу запрета свободной продажи оружия населению.

– Очень даже может быть. Но тогда у меня возникает одно предположение. Как ты думаешь, откуда у этого типа ствол? Он его как-то добывал или это получилось случайно?

– Скорее всего, случайно. Вряд ли такой старикан станет рыскать в поисках оружия. А вот если пистолет приплыл к нему случайно, то он мог оставить его себе так, на всякий случай, а потом уж пустить в дело.

– Вот и я так думаю. Если он не сумасшедший, а просто психопат, готовый убить из-за любой мелочи, то тут два варианта: либо кто-то предложил ему купить ствол, либо он его нашел. Так что имеет смысл покопаться в учетах и сводках-ориентировках по всем фактам утраты или хищения пистолетов Макарова за последний месяц. Может быть, что-нибудь да всплывет дополнительно.

– Ну что же, тут есть резон. Я это возьму, пожалуй, на себя. А вот тебе не мешало бы съездить к нашим психологам, пусть составят психологический портрет этого типа. Может, что-нибудь и прояснят нам по этому делу. Ну, что скажешь?