– Убили этого Крупнова, - охотно пояснила заведующая сберкассой.

– Ой, надо же, как жаль, - искренне огорчилась девушка, - а главное, зазря. Ведь старичок деньги нам отдал, а грабители небось подумали, что он в кассе большую сумму получил. Вот не повезло!

Сыщики не стали её разубеждать. Девушка ушла и через несколько минут принесла список тех, кто обслуживался в её окошке в одно время с Крупновым. На листке были данные и адреса пятерых человек. Ильин несколько раз перечитал список, боясь поверить в удачу. Затем, чтобы не ошибиться, достал свернутый вчетверо листок с выписанными из рапортов участковых инспекторов данными обладателей клетчатых пиджаков. Все правильно, память его не подвела: фамилия и адрес одного человека в обоих списках совпадали.

– Ты что на эти бумажки смотришь, словно выигравший лотерейный билет с таблицей сверяешь, боясь поверить в свое счастье?

– Так оно и есть, Кондратов, круг замкнулся. Вот, девушка, посмотрите на этот фоторобот. Он вам никого не напоминает?

Едва взглянув на фотографию, девушка кивнула:

– Очень похож на того, который с Крупновым поскандалил.
– И, испуганно переводя взгляд с одного сыщика на другого, спросила: - Неужели его тот, второй, старичок убил из-за ссоры?

– Думаете, из-за этого не убивают?

– Да не может такого быть!
– с отчаянием в голосе воскликнула девушка.

Она, словно малый ребенок, надеялась услышать слова утешения, что нельзя, убить человека из-за пустячной ссоры в очереди.

Ильину так хотелось сказать ей: "Что вы, милая, у нас убивают даже не в ссоре, а просто от скуки или по настроению. Калечат первого встречного, незнакомого, даже не сказав с ним ни слова".

Но, решил не травмировать психику неискушенной девушки и постарался её успокоить:

– Ну что вы сразу вообразили себе невесть какие несчастья! Мы сейчас проводим первоначальную проверку. Только и всего!

Однако девушка смотрела им вслед встревоженным взглядом. Сегодня жизнь ворвалась к ней в сберкассу, миновав дежурного милиционера, и, просочившись сквозь толстые стекла, опалила её грозным дыханием беды, которая пока, слава Богу, коснулась не её лично. И девушка, как никогда остро, вдруг осознала, что и она не в безопасности и злые люди могут напасть и убить её, как этого старичка-пенсионера. И она совсем по-детски подумала: "Хоть бы эти молодые, здоровые парни поскорее поймали безумного преступника, способного убить из-за пустяка".

Знала бы она, что совсем скоро её желание осуществится.

– Ну что, мы наконец попали в цвет?
– спросил Кондратов, выходя из сберкассы.

– Да, этот Парамонов в обоих списках значится. Девушка говорит, что и внешне похож. Все сходится, кроме клетчатого пиджака. Давай доложим начальству и пойдем его брать. Пистолет при тебе?

– Я его теперь, в наши беспокойные дни, постоянно с собой таскаю. Только думаю, раз он вооружен и опасен, вдвоем нам к нему соваться ни к чему. Пусть ребята из местного уголовного розыска нас подстрахуют, а то подстрелит ненароком и сделает ноги.

– Ну что ж, чем больше людей при захвате, тем лучше.

Получив сообщение, что преступник обнаружен, Карпов собрал всех, кто был под рукой, и направил в распоряжение сыщиков. Но взять Парамонова сразу не удалось: его не было дома. И Кондратов с Ильиным устроили засаду на лестничной клетке, наблюдая с верхнего пролета за квартирой преступника и ожидая его появления.

По иронии судьбы, они вели наблюдение с площадки между пятым и шестым этажом, точь-в-точь как накануне сам Парамонов на другом конце города караулил свою жертву - любвеобильного коммерсанта.

– Слушай, Кондратов, а если он после последнего убийства, почуяв неладное, в бега пустился?

– Все может быть, и незачем гадать. Будем ждать его здесь хоть до утра. Боюсь только, что, почуяв опасность, предстоящий арест, он не пустится в бега, а поспешит расправиться со своим очередным и, может быть, главным врагом, возможно, уже подстерегает сейчас где-нибудь свою жертву.

Кондратов не ошибся в своем предположении. Осознав пагубность собственной горячности и вполне реальную возможность изобличения его в убийстве нахального старика, пытавшегося без очереди пролезть к окошку кассы, да ещё обозвавшего его козлом, Парамонов призадумался.

"Прежде чем меня схватят, - решил Парамонов, - я должен убрать этого подлеца Гвоздева".

Вот уж кого он не переставал ненавидеть все последние годы жизни. И для этого у него были веские основания. Гвоздев сломал ему жизнь, унизил, оскорбил и заставил страдать. А ведь они были друзьями с юношеских лет.

Парамонов Павел Георгиевич жил в общем-то спокойно и счастливо до сорока лет. Работал старшим механиком, имел жену и сына, ездил по выходным с друзьями на рыбалку, дружил со своим сослуживцем Глебом Семеновичем Гвоздевым и его семьей. Друзьями они были неразлучными. И в армии вместе служили, и на одном заводе работали. Только вот случилась беда: влюбилась Антонина, жена Павла Георгиевича, в приятеля мужа, а он в нее. И произошло это, когда они были уже не очень-то молодыми. У Парамоновых в тот год сыну исполнилось восемнадцать, а у Гвоздевых дочка как раз паспорт получила.