Шрифт:
Но дела нашли их.
В стране победившей конкуренции нет работы для защитников Родины, но есть спрос на людей, умеющих убивать.
Капитанов нашли и предложили им то, что не смогло предложить им их государство, — предложили деньги, квартиры и прочие материальные блага за работу по специальности.
Капитаны согласились.
Часть из них “сгорела на первой мокрухе” и отправилась “париться на нары”. Но не все. Здесь, как и на войне, сработал закон естественного отбора: слабые погибли, сильные выжили и стали еще сильнее.
Работать по специальности на гражданке оказалось даже проще, чем на войне. Там, в “зеленке”, они имели дело с хорошо вооруженным, обученным, готовым драться и умереть за свои идеалы противником, который, даже издыхая, норовил вцепиться зубами в голень. Здесь им противостояли разжиревшие на хозяйских харчах, менее всего готовые жертвовать своими жизнями охранники.
Бывшие капитаны быстро освоили “смежную профессию”, преуспев в ней, так же как раньше в боевых зачистках. Только звезд им за их новые “подвиги” не давали. Давали “бабки”.
Именно таких умеющих все и готовых на все капитанов сосватали Папе в качестве людей, которые могли решить его проблему. Наверное, только они и могли.
— Знакомьтесь...
Представленные ему киллеры стояли шеренгой и стояли по стойке “смирно”, привычно соединив каблуки и расставив носки стодолларовых туфель. Армейские привычки давали себя знать.
— Сколько их? — спросили они.
Привлечение таких сил подразумевало наличие противника числом от отделения до взвода. Они не могли подумать, что их собрали, чтобы убить одного-единственного человека.
— Не “их”. Его! — сказал Папа. Киллеры переглянулись.
— Вот этот, — показал Папа фотографию Иванова.
Лицо на портрете было знакомо. Они видели его буквально несколько дней назад. Кажется, по телевизору.
Но киллеры часто имеют дело с людьми, которых показывают по телевизору, и удивились не очень.
— Где мы его найдем? — спросили они.
— По одному из этих адресов, — протянул им Папа распечатанный на принтере лист бумаги.
Один из адресов был адресом загородного дома Юрия Антоновича. Второй адрес был... его адресом.
Если Иванов начнет “чистить” своих конкурентов, а он обязательно начнет это делать, то он начнет с них.
— Он появится здесь или там, — сказал Папа. — Обязательно появится. Появится в самое ближайшее время!
И Папа не ошибся...
Глава сорок шестая
Возле ворот остановилась машина — черный пятисотый “Мерседес”. Из машины вышел мужчина в дорогом костюме, подошел к калитке и нажал кнопку домофона.
В руках у мужчины был небольшой сверток. Несмотря на “Мерседес” и навороченный костюм, мужчина был курьером. Просто курьером.
Охранник услышал зуммер вызова и взглянул на мониторы. Подходы к дому были чистыми — никаких подозрительных машин или людей. Только подъехавший к парадному въезду “Мерседес”.
— Что вам нужно? — спросил охранник.
— Передать пакет.
— От кого?
Курьер назвал имя. Очень весомое имя. Охранник занервничал. Не открыть визитеру он не мог. Открыть — опасался.
— У вас есть с собой документы?
Курьер вытащил из кармана и приблизил к “глазку” видеокамеры удостоверение.
Фотография, штампы, печати... На первый взгляд все сходится.
Курьер стоял недвижимо, никак не выражая своего отношения к происходящему, давая возможность рассмотреть его лицо.
— Проходите.
Калитка открылась.
Где-то разом залаяли и загремели цепями собаки.
К курьеру с двух сторон притиснулись дюжие охранники, внимательно оглядели его со всех сторон. Нет, оружия на первый взгляд не видно.
— Кому я должен передать пакет? — спросил курьер.
— Нам.
Охранники взяли пакет и проводили курьера до калитки.
Но пакет в дом не понесли, а понесли в подсобку, где аккуратно положили на стол и проверили с помощью переносных металлоискателей.
Металла внутри не было.
— Пригласите кинолога.
Натасканная на поиск взрывчатки собака обнюхала со всех сторон пакет, не проявив к нему никакого интереса.
И здесь чисто.
Пакет передали в текущую почту. Которую вскрывал не адресат и даже не его секретарь, а вскрывал специально нанятый для этих целей человек. Мало ли какой нестандартный ход могут придумать покушающиеся на жизнь шефа враги. Пусть лучше взлетит на воздух или заболеет бубонной чумой тот, кто за это деньги получает. За риск получает.