А однажды, через какое-то время, Аргза проснулся от того, что по телу его изучающе скользили знакомые прохладные пальчики. Открыв глаза, он с немалым удивлением обнаружил Сильвенио, с любопытством исследующего его руки и грудные мышцы невесомыми прикосновениями.

— Продолжай, — сказал Аргза, ухмыляясь и ничего не предпринимая. — Что бы ты там ни делал — продолжай.

Сильвенио, воспользовавшись разрешением, отбросил одеяло и уселся сверху на его живот.

— Я… провожу научный эксперимент, сир, — Аргзе досталась ещё одна лёгкая улыбка.

— Ммм… И что за тема эксперимента?

Тот задумчиво провёл по его груди ладонями, приглаживая густые тёмные волоски на ней. Зачем-то попружинил немного кончиками пальцев на его плечах, очертил линию мускулистой шеи, пощупал пресс. Аргзе стало щекотно.

— Тема моего эксперимента — "переоценка возможностей и альтернатив", сир.

Всё с той же задумчивостью он провёл губами по его животу вверх, демонстрируя всё новые пределы своей гибкости. Нерешительно лизнул, словно бы боясь отравиться, но не отравился и лизнул снова, уже увереннее. Это, конечно, было совсем не так развязно и возбуждающе, как заставлял его делать тогда Конрад, но зато это был не робот, а самый настоящий Лиам, и крышу от этого сносило едва ли не больше: одно дело — забитая кукла с чужим взглядом, изображающая страсть по заранее оговорённому сценарию, и совсем другое — свой собственный молодой любовник, по доброй воле решивший немного разнообразить их обоюдные ощущения.

— Могу я спросить? — снова подал он голос. — Вы ведь… довольно привлекательный, по крайней мере — по меркам варваров. С вашей внешностью вам, возможно, даже не нужно было бы платить кому-нибудь, чтобы… Но вы почему-то выбрали меня. Джерри говорил мне, что рано или поздно любой работник вам надоедает, но вы со мной уже… достаточное количество лет… Для этого есть какие-то особые причины?

Аргза едва подавил желание стащить его с себя за шкирку и целовать до тех пор, пока не заткнётся.

— Ты действительно хочешь говорить об этом сейчас? — ответил он вопросом на вопрос. — Вот именно сейчас, в данный момент? Или, может быть, вместо разговоров ты займёшься своим экспериментом?

Сильвенио серьёзно кивнул и вернулся к изучению его тела всеми доступными способами. Щекотка очень быстро, надо сказать, сменилась кое-чем получше. Гораздо лучше.

— Сир, — Лиам лизнул его в ухо, и Аргза, не глядя, ощутил на своей щеке его улыбку. — А если я буду делать так каждую ночь, вы перестанете меня бить?

— Так вот для чего ты это задумал. Поздравляю, ты становишься коварным.

Сильвенио потёрся о его плечо щекой, и его улыбка теплела уже где-то в районе шеи. Аргза почувствовал, как его помощника наконец отпускает накопившееся за все последние недели эмоциональное напряжение — и почему-то ему тоже стало от этого осознания легко на душе. Нет, всё-таки он был не прав, этот пташка-говорун, когда сказал, что у Аргзы нет никого и ничего. У Аргзы был он, Сильвенио.

— Да, сир… с вами по-другому никак, насколько я вижу.

И ведь не возразишь.

[Запись в бортовом журнале номер МК0JP53100_65:]

"Я, кажется, начал, наконец-то, привыкать. Не знаю, хорошо это или плохо. Но выжить теперь я сумею точно."

[Запись удалена.]

Чья-то рука мягко перехватила его за талию, вылавливая из потока людей. Он удивлённо воззрился на улыбающегося Мартина, который даже в этом захолустном межпланетном баре не сменил свою белоснежную рясу на что-то более подобающее обстановке.

— Прости, — извинился тот и убрал руку, задержавшуюся на его пояснице чуть дольше положенного. — Просто не ожидал тебя тут увидеть.

Сильвенио улыбнулся в ответ: с Мартином они уже давно переписывались и даже несколько раз общались по видеосвязи, пока Аргза не видел, и за прошедшее с их первой встречи время они успели подружиться. Мартин был неизменно добр к нему, и, казалось, всегда был рад поговорить о чём угодно. Общение с ним изрядно облегчало Сильвенио жизнь — каждый раз, когда Мартин каким-то образом выходил на связь, пусть даже на пару минут, у Сильвенио оставалось после чувство какого-то тёплого спокойствия на душе.

— Ничего. Я здесь… сам знаешь, с кем.

На "ты" он согласился перейти относительно недавно, и Мартина это, кажется, воодушевило безмерно.

— Знаю, знаю… Абсент тоже ему несёшь?

Сильвенио уныло покосился на бокал с ядовито-зелёной жидкостью в своей руке.

— Разумеется. Я не люблю алкоголь. Он однажды заставил меня распить с ним бутылку вина на двоих — мне не понравилось. Воздействие самого алкоголя на мозг я всё равно нейтрализую, а без градуса вкус как-то не впечатляет.