Шрифт:
— Я сказала…
— А я сказал, что это исключено!
— Я все знаю.
Отец отгибается на спинку стула и пару раз кивает, потирая края салфетки. Думает? О чем? Чтобы мне такого сказать, чтобы успокоить?
— Можешь не пытаться. Я знаю, что ты делаешь — не выйдет.
— И что же я по-твоему делаю?
— Думаешь, чтобы мне такого сказать, чтобы заставить отступить или поверить. Ты же политик. Ты это умеешь.
— Мне жаль, что ты узнала правду.
— Нет, не жаль, — тихо отрицаю и вдруг осознаю — ему ведь действительно не жаль, просто… — Тебе это просто невыгодно, я права?
— Алиса, не неси чуши. Думаешь, что я желаю тебе зла? Я люблю тебя. Ты — моя единственная дочь. Наследница.
— Когда ты кого-то любишь, так не поступаешь.
— А как я поступил, Алиса?
— От того, что ты будешь произносить мое имя чаще, я тебе не поверю.
— Так как я поступил? Ты его хотела — ты его получила.
— Я хотела, чтобы меня любили, — говорю совсем тихо — это сложное признание, которое и сказать то неожиданно сложно, но отец лишь холодно усмехается.
— Прости, но любовь даже я не смогу для тебя купить.
Удар ниже пояса. Он не отрицает, не за чем, он бьет меня по больному и безжалостно, так что я почти задыхаюсь. И от злости вдруг выпаливаю…
— А что ты тогда можешь, а?!
— Все остальное.
— Я хочу, чтобы эта шлюха сдохла. Это можешь?!
Олег резко подается вперед — еще один шрам. Он готов меня на месте разорвать за свою потаскуху, и я, клянусь, запомню этот миг навсегда, пусть и зафиксировала его исключительно боковым зрением. Зато как отец останавливает его взмахом руки — полным. Странно. Он слушается, но и отец нервничает. Они созависимы? Надо проверить.
— Так как? Сделаешь?
— Не думаю, что ты действительно этого хочешь, доченька. Ты же не такая…
Бла-бла-бла. Ты не такая, ждешь трамвая. Да. Они как-то повязаны…интересно…
— Я хочу развода.
— Брак — это не игрушка, Алиса. Сегодня захотела, завтра расхотела.
— Это ненастоящий брак, так что…
— Штамп в паспорте стоит? Значит настоящий. Семья — это святое и…
— Ты чертов лицемер…
— Что ты сказала?!
— Я знаю, что ты делаешь в своем кабинете! — не выдерживаю и ору, резко подняв глаза и роняя слезы, — Я все знаю, ты понял?! Как ты смеешь говорить мне про любовь?! Про семью?! Ты…
— Закрой свой рот, глупая девчонка!
Отец перебивает грубо, уперев в меня указательный палец, а я тут же упираю взгляд в скатерть, потому что боюсь смотреть на него сейчас, словно если продолжу, он меня в камень превратит. Да и рядом мама…не знаю, в курсе она или нет, а если нет? Я не хочу делать ей больно…
Больше он не орет, конечно, но переходит на другой уровень злости — говорит тихо, угрожающе и так, что будто все тело разом сковывает.
— …Ты больше никогда не посмеешь поднять эту тему. Она тебя не касается, соплячка чертова. И ты зарубишь на своем носу — будет так, как я сказал, а я сказал — никакого развода. Ты возьмешь себя в руки и сделаешь все, что от тебя требуется, тем более, что требуется от тебя не так и много — улыбаться и быть красивой рядом со своим мужем. Олег будет твоим мужем до того момента, пока я не решу, что с вас хватит. Более того. Сегодня ты вернешься домой и не посмеешь больше оттуда уйти. Слухи, Алиса, очень сложно остановить, за столько лет ты этого так и не смогла понять.
— Он меня ненавидит, ты этого для меня хочешь?
— Если не перестанешь дергаться, я его брата засажу, а их истеричную и вечно недовольную мамашу отвезу в лес. Вот тогда он тебя возненавидит, ты этого хочешь?!
Такая перспектива меня сильно пугает. Не из-за его чувств, он итак меня ненавидит, я это знаю, а из-за перспективы лишить его родных. Я не могу. Бросаю на него за весь вечер первый, прямой взгляд, и вижу в нем ту самую ненависть и злость — Олег дико взбешен, он еле сдерживается, чтобы не психануть, напряжен донельзя, буравит меня, будто душу выворачивает. И я отступаю…потому что я действительно его люблю и не могу причинить ему боль. Даже если мне ее причинили и будут причинять дальше…
— Нет.
— Нет, что?!
— Я вернусь домой.
— Правильное решение, никому не нужны лишние проблемы. Мне плевать, как вы будете жить, но на публике все должно быть тихо, а главное красиво и счастливо. Ты поняла?
— Да.
— Отлично. Передай мне соль, Свет.
Глава 15
Алиса
Я не могу здесь оставаться. Резко поднимаюсь и сбегаю в ванну, где снова стараюсь изо всех сил вспомнить, как дышать. За мной почти сразу приходит мама, которая уводит меня в спальню, где я могу уже не сдерживаться. Рыдаю так горько, лежа у нее на коленях, долго и упорно. Мне очень хочется выплюнуть из себя все те душащие эмоции, хотя я и знаю, что так это не работает. Они все равно там. Внутри моего разбитого вдребезги сердца, проросли, как многовековой дуб, глубоко в душу.
— Алиса, все будет хорошо, — после того, как я успокаиваюсь, мама шепчет, нежно поглаживая по голове, — Все будет хорошо, поверь мне.
— Как все будет хорошо, мам? Отец так жестоко со мной поступил, а Олег…мам, он меня ненавидит.
— Это не так, поверь. Олежа умный мальчик, он понимает, что ты здесь не при чем.
— Но он меня не любит.
Поднимаю голову и смотрю ей в глаза.
— Понимаешь, мам? И никогда не любил. Он притворялся все это время.
— Алиса, любовь в браке не главное.